Книга Душа без признаков жизни, страница 186 – Софи Баунт

— Откуда… — Стас осекся и резко повернулся. — Да черт с тобой! Что ты хочешь?

— Помочь.

— Помочь? — Стас озадаченно вскинул брови.

— Видишь ли... Твои обидчики не имели права так поступать, а Гламентил и вовсе нарушил все мыслимые и немыслимые законы Обители. Наказания за вмешательство в процесс перерождения очень суровы.

— Накляузничать предлагаешь?

— Разве ты не хочешь отомстить? Твое тело может погибнуть, пока в нем находится… демон. А ты умрешь вне тела и тогда — никогда не вернешься в Обитель. Андриан знал, на что тебя обрекает.

— Я скоро вернусь в тело, а пока...

— Ложь. Своей безответственностью Гламентил обрёк тебя остаться проклятым на Земле и распасться на атомы. Истинная смерть. Когда погибает сама душа, не имея возможности вернуться.

Стас сглотнул.

— А тебе какая выгода?

— Я слежу за порядком, — пожал плечами Дарис. — Если кто-то безнаказанно может нарушать законы Обители, то наши законы перестают внушать страх. Это недопустимо.

Стас скрипнул зубами и сжал кулак. Андриан сказал, что они не собирались его убивать и Стас не мог поверить в иное. Зачем Андриану желать его гибели? Тем более, когда они помирились. Почти всю жизнь Кот был его лучшим другом. Они никогда не расставались, всё делали вместе, всегда приходили друг к другу на помощь — что бы ни случилось, без лишних слов или вопросов.

Прикрыть перед легавыми?

«Сидеть так вместе».

Драка за школой против десяти человек, которые нас скорей всего прибьют?

«Погнали».

Подержать волосы над толчком пока блюешь?

«Не вопрос».

Стас громко забранился. На Андриана. На Феликса. И ужасно разозлился на Дариса, сверлящего холодным взглядом. Хотелось врезать по его гордо вздернутому носу.

По-человечески Дарису стоило бы повести себя иначе, посочувствовать или успокоить, дать мудрый совет, для приличия, но это мнение Стаса, а сам Дарис, видимо, так не считал и лишь засмеялся:

— Ты как подросток. Злишься на реальную суть вещей. Знаешь, почему ребенок становится злой в этом возрасте? Не только из-за того, что в теле гормоны бушуют. Нет... Его жестко обманули. Он бесится. Настоящий взрослый мир разочаровал маленького человека. Ему нагло лгали о том, что всё вокруг хорошо, что все его любят, как мама и папа, что мир приветлив. Но вдруг… представления о жизни разлетелись на хрустальные осколки. И он всех ненавидит. Хочет доказать, что он всё еще особенный. Я не такой, как вы, кричит он. Дайте мне жить той светлой жизнью, о которой вы рассказывали! Где я особенный! Лжецы!

— Мне плевать на то, какая жизнь будет после смерти.

— Я бы не советовал прощаться с ней таким глупым образом. Ты рискуешь распасться на атомы. Но я могу помочь. — Дарис выдержал паузу. — Что скажешь?

— Скажу — пошел на хер! Андриан, какой-никакой, пусть паршивый, пусть ублюдок лживый, но друг мне. А Гламентил всего-то хотел помочь. Он-то точно ни при чём. Ты идиот, если думаешь, что...

Кто-то толкнул в поясницу.

Стас плюхнулся в пруд. Вынырнул, хватая ртом воздух, и — сплевывая солоноватую воду — увидел двух смеющихся мужчин, между ними виляла черная пантера с горящими в темноте желтыми глазами. Огромная кошка рычала, таращась на Стаса, и когда он схватился за камень, чтобы вылезти, чуть не откусила ему пальцы.

— Вы кто?!

— Извини моих друзей, — вздохнул Дарис. — Они слегка бестактны. Ты ведь понимаешь, что находишься здесь незаконного, малыш? Думаю, стоит немного привести тебя… в прежнее состояние.