Книга Душа без признаков жизни, страница 247 – Софи Баунт

«Никогда ему не шел красный цвет», — подумала Марлин.

Он не шевелился. И не моргал. Она роняла слезы на его лицо и зажимала себе рот, приглушая крик.

Пульс Андриана остановился. Жизнь Марлин сгнила, как в тот день, когда она нашла Феликса мертвым у собственного дома. Феликс умер один. А может, Андриан продолжал стоять над ним и после выстрела. Она не знала... Андриан умер у нее на руках. Убийца мужа умер у нее на руках.

Ее бросили. Снова.

В тот миг, когда слезы лились по горячим щекам, она перевела взгляд на пистолет. Кира уронила его, осознав, что выстрелила в брата. Марлин поползла к оружию. Зачем? Она не помнит... Хотела лишить жизни и себя. Или Киру? Мысли запутались в голове, и сейчас она не вспомнит правду.

Стас выбил пистолет из рук и — несмотря на боль в прострелянном плече — сжал в объятьях так сильно, что Марлин почувствовала бешеные удары его сердца. И слезы, которые брызнули из синих глаз.

Она сама рыдала несколько месяцев. Рыдала бы и сейчас. Но глаза высохли, превратились в безжизненную пустыню.

Отец Михаэль успокаивал Марлин на похоронах словами: «Не нужно жалеть мертвых, а если жалеешь себя, то не забывай — ты встретишься с ним когда-нибудь, если пожелаешь. Андриан определенно пожелает тебя увидеть».

Увы, слова священника спокойствия не прибавили.

— Не нужно стоять позади, будто полтергейст, — произнесла Марлин и поднялась с пушистого ковра. — Как ты меня нашел?

— Пытал Яру. — Стас усмехнулся и шагнул навстречу. — Она сдалась под натиском моей неотразимости.

Марлин вздохнула.

Шастанье к ней домой — новое хобби Стаса. Она надеялась, что хоть здесь сможет побыть одна со своими мыслями.

Прошло полгода со смерти Андриана, и всё это время Стас не оставлял Марлин. Они болтали вечерами. Его общество успокаивало. Но ругались и спорили они — по десять раз в день. В итоге: она наорала на парня и кинула в стену вазу, требуя, оставь ее в покое и никогда не появляться. Однако Марлин не хотела, чтобы Стас исчезал. Хоть и не разрешала себе в этом признаться.

— Кристина сказала, что ты продаешь дом, что уволилась с работы…

— Можешь не общаться с ней за моей спиной?

— Не продавай, — отрезал он с мрачным взглядом. — Я помогу тебе. И с деньгами, и с бизнесом, ты же знаешь. А я знаю, что тебе этот дом очень дорог.

— Не нуждаюсь в помощи. Зачем приехал? И… как ты зашел?

— Посчитал опасным оставлять тебя одну. Не удивлюсь, если ты решила от горя с подъемника сигануть. А по поводу того, как зашел… обижаешь, пекинес.

Он вытащил руку из кармана и помахал отмычкой.

— Даже если решила — это не твое дело, Стас. И, черт возьми! Я просила…

— Знаю.

— Умоляла тебя не появляться!

— И надеялась, что я так и сделаю?

Марлин обхватила себя ладонями и сжалась, как от веяния холода из городского морга. Она не могла просто взять и прогнать его. Не теперь. Не после того, что он сделал. Стас не просто спас ее от пули. Не просто рискнул жизнью ради нее. Он сделал это без промедлений! Без раздумий бросился к ней, чтобы защитить. Без доли страха закрыл собой.

— Я благодарна за спасение, но это не дает тебе право влезать ко мне в дом.

— Когда тебя не приглашают, приходится проявлять креативность. Да и не появлялся я две недели. Совсем не соскучилась?

— Почему бы тебе не найти очередное развлечение? — фыркнула Марлин, поворачиваясь к окну. Холодные кулаки ветра просились в дом, бились о стекло, помогая не думать с теплом о человеке позади. — Все шлюхи города обанкротились без твоих вложений.