Книга Волаглион. Мой господин. Том 2, страница 1 – Софи Баунт

«Три месяца вне могилы...»

Ядовито-желтые буквы на зеленом торте — смотрят на меня, искушают ароматом марципана, ведь не знают, насколько безразличны имениннику (если меня можно им назвать). Вроде нужно улыбаться, но выгляжу я мрачнее штормового моря. Несчастный. Помятый. Усталый. Одолевая припадок меланхолии, заставляю губы выгнуться в то выражение, которое люди называют благодарностью, и спрашиваю:

— Сам испек?

Иларий выразительно хохочет. Море салатовых трав в миндальных глазах дрожит и затягивает, как бывает, когда парень чего-то очень хочет от меня добиться. Он из категории людей, от которых делаешь шаг назад, а они — два навстречу, приближаются впритык и едят взглядом.

— Ты серьезно, друг? Я умею готовить, но не настолько идеально. Заказал, конечно. И да, кондитер два раза переспросил: точно ли эту надпись лепить?

— Ну, ты кадр, Ларик.

Соскребаю мизинцем крем и пробую. Фисташки. Клубника. Вероятно, персик. Я будто откусил радуги. Впрочем, удар эндорфинов не помешает. Непосильная миссия требует от меня сиять улыбкой. Увы, не выходит. И становится еще хуже.

Хочется схватить подарок и зашвырнуть в окно: невинное угощение ковыряет внутри меня осиное гнездо, где вместо насекомых — ядовитые воспоминания. Мое убийство. Гниющее тело. Смерть Инги.

Иларий выжидает, всматривается, иногда поправляет рукав желтой ситцевой рубашки. Кажется, он выбирал одежду под торт.

— Вкусно?

Иларий посылает мне лучезарную улыбку.

— Божественно, — лгу я. Никогда не любил сильно сладкие угощения. — А рубашку можно снять?

— Ни в коем случае! — обижается мой златовласый друг. — Мне надоело смотреть, как ты ходишь в одном и том же. Между прочим, это от известного модельера. Когда-то мы с ним были друзьями, планировали новую коллекцию создать вместе. Когда-то...

Еще раз улыбнувшись, он поправляет мой воротник. Я жалобно вздыхаю. Боюсь, если не сниму эту упряжь в следующие десять минут, то либо задохнусь, либо рубашка разорвется на две тряпки. Сидит — безумно узко. Особенно в талии. И кто такое носит? Почему люди вечно создают себе проблемы? Человек, у которого нет комплексов, неудобную одежду не носит! Я бы снял, да Илария расстраивать не хочу.

— Очень... мило, — расстегиваю две золотые пуговицы. — Спасибо за подарок. Слишком красиво. Буду по праздникам носить.

— Так скоро вечеринка! — спохватывается парень и застегивает пуговицы обратно.

Он мотает головой, как плаксивый ребенок. Всегда так делает, когда я не жажду общества. Или стал делать. Сразу и не вспомнишь, знаете ли. Иларий — мой единственный друг в этой психушке, некоторые выходки предпочитаю стерпеть или не замечать, чтобы не потерять его.

— Тебе пора изменить гардероб, — настаивает парень.

— И заодно ориентацию?

— Мужчины такое носят!

Светлое лицо Илария краснеет.

Я фыркаю. Спорить желания нет. Рушить сказку в голове друга — тоже. Почему сказку? Да потому что только в фантазиях Илария эта рубашка выглядит мужской вещью. Я думал, что перепутал свой подарок с подарком Инги. Тот и другой — стояли под елкой в одинаковой обертке.

Да-да!

Перед моими глазами мерцает праздничная ель. Трехметровая! Пышная, как свадебное платье королевы. Запах хвои летает по гостиной. Иларий с Ингой украсили елку золотыми шарами, сверкающей мишурой и гирляндами, они же и уговорили Сару купить особый символ праздника.