Книга Волаглион. Мой господин. Том 1, страница 32 – Софи Баунт

— Вряд ли. Сара не дура, чтобы себя подставлять.

Дверь за спиной со скрипом закрывается. Сама. Иногда кажется, что дом разумен, что он живой и наблюдает за нами...

Под руку с Ингой мы выходим во двор. Ветер радушно встречает, хладным языком облизывает скулы, высоко подкидывает край голубого плаща невесты. Запах грибов на стволах деревьев, луж и влажной земли — роится в носу. Следы ботинок отпечатываются на мокром грунте. Срывается мелкий дождь. Мне люто тошно. Улица отрезвляет рассудок, возвращает в пережитый кошмар.

Что вообще произошло десятью минутами раньше? Почему я спокоен?

Мою невесту изнасиловали!

Я усиленно смакую эту мысль — осклизлую, желчную, — прогоняю между извилинами: после смерти их совсем не осталось, раз я так умиротворенно иду провожать Ингу к воротам. Что же эта рыжая тварь сделала со мной?

Ингу имели у меня на глазах! Пока... пока... Господи! Позор!

Я запускаю пальцы в волосы и донельзя тяну. До боли тяну. Почти выдираю черный клок. Потому что заслужил! Во что я превратился? Кусок гнилого сморчка. Скоро в задницу буду ведьму целовать!

Ну, Сара...

Убью голыми руками! Задушу во сне, раз по-другому к ней не подступиться из-за поганого медальона. А что? Вариант!

Я пробую представить, как обхватываю тонкую молочную шею, как воздух застревает в горле Сары и рыжая фурия молит меня о пощаде, падает в ноги, а затем... я отпускаю ее, нагибаюсь и впиваюсь в карминовые губы со страстным поцелуем.

Да что такое, мать вашу?!

И в фантазиях ее убить не могу? Далеко же уплыла моя крыша, гуляет где-то на другом конце галактики под локоть с самоуважением.

Я массирую переносицу. Нужно слегка забыться. Вселенная исполняет мой запрос — резким ударом под дых. Отрезвляет лучше, чем укол адреналина. Я кашляю. Не сразу осознаю, что происходит. Будто из комы электрошоком вывели. Перестаю гладить пострадавший живот, разгибаюсь и вижу озлобленное лицо невесты. Инга пришла в себя.

Да будет истерика!

Она вырывается. Бледная.

— Я же... только что была у ворот, — озадаченно бубнит.

Даже так? Полный провал в памяти? Идеально. Сколько зверств может совершить ведьма и остаться безнаказанной?

Я заглядываю в серые глаза, но Инга заперла все чувства за сотней железных дверей и подшлифовала массивными цепями, напоминая, что больше никогда не посмотрит на меня влюбленным взглядом. Точно. Мы же расстались на той ноте, что я козел, а она шлюха. Сколько всего навалилось! Не знаешь, за какую мысль в памяти ухватиться.

Заключив трясущуюся ладонь в свою, решаю сделать то единственное правильное, что должен. Избавиться от Инги. Навсегда. Пора вспомнить, что я несу за эту девушку ответственность.

Выпрямляюсь и стараюсь превратить голос в медовую карамель:

— Прежде чем уйдешь, я хочу извиниться, Ини. За всё.

Я обхватываю ее голову, не давая убежать.

— Не мечтай! Вали обратно к своей шалаве! — Инга дергается, пинает меня коленом. — Отпусти!

— Забери мое имущество. Пусть юрист составит договор дарения или завещание... — Я осекаюсь. Усмехаюсь абсурдности собственных слов. Откуда же Инге знать, что она разговаривает с живым трупом? Поджимаю губы и продолжаю: — Всё подпишу. Всё, что потребуется. Обещаю. Сделай, как я прошу.

Инга округляет глаза и прикладывает ладонь к моему лбу, проверяя температуру.