Книга Жена тёмного бога, страница 185 – Элис Айт

Барайшатцы вернутся домой и разнесут весть о том, что Сенавию охранят настолько могущественные силы, что лучше отбросить всякую мысль о вторжении.

Сердца берзанцев немного смягчатся, глухая ненависть к драконам поутихнет, и они увидят, что с сенавийцами вполне можно мирно сотрудничать.

Сенавийцы, напротив, к своему удивлению обнаружат, что дроу не такие уж плохие ребята. Они спасли всю столицу, уведя ее население в секретный тоннель. Своевременно придумали!

Оба народа поймут, что Элай – самый лучший король, которого они только могли получить. Ведь он в самом деле отличный мужик, и главное – не ломает то, что и так работает. Его королевский маг хоть и молод, зато перспективен и совершит еще немало подвигов во славу Сенавии.

А божественные воплощения Аннатэ и Тахата… Существовали ли они вообще? Видел ли их кто-нибудь? Или были всего лишь темный эльф, талантливый полководец, вдохновивший свой народ совершить самую опасную аферу в истории, и его возлюбленная, хозяйка кофейных плантаций, которая поверила в мечту избранника и поддержала его? А что до многочисленных чудес, которые их сопровождали, так ведь на их стороне находился такой великий маг, как Хведер!

Конечно, мне не удастся убедить в этом всю страну. Иллюзии подвергнутся только те, кто находится поблизости и кого способно достичь исходящее от меня сияние, так что в Тайезе, Хелсаррете и Берзане будут прекрасно все помнить. Но когда вернутся другие, они бросят семена сомнений, которые взойдут на благодатной почве слухов, сплетен и домыслов.

Баланс из правды и лжи будет соблюден.

За каких-то несколько минут небо над Эсаргосом почти очистилось от драконов. Барайшатцы покинули город, а сенавийцы во главе с Элаем приземлялись и растерянно оглядывались, все еще находясь под властью чар.

На это истратилось столько моих сил, что левитация начала слабеть. Я медленно опустилась обратно на крепостную стену, рядом с таким же недоумевающим Хведером, который пустыми глазами смотрел в пространство перед собой.

Энергии остались крохи. Но над дворцом все еще держался крупный черный дракон с оскаленной пастью. По его шкуре проходили странные синеватые разряды, будто маленькие молнии, а в золотых глазах, таких же, как у его брата, полыхала ненависть.

Хашим взмахнул крыльями и со скоростью пустынного ястреба кинулся на меня. Я невозмутимо щелкнула пальцами. «Плащ» Руна развеялся, а первого принца в человеческом обличье швырнуло на траву рядом с разбитым фонтаном.

Я медленно выдохнула и неуклюже шлепнулась на мягкое место. Сила меня полностью покинула. Не осталось ничего: ни капли, ни крохи, ни пушинки. Больше никогда в жизни мне не светит сплести ни одного заклинания, но я верила, что отдала Ланоне свой дар не зря.

В этот миг тихий женский голос, звонкий и сладкий, как соловьиная трель, шепнул мне на ухо несколько слов. Я улыбнулась.

В словаре богов нет такого понятия, как «спасибо», но это не значит, что они не умеют быть благодарными.

Внизу, у основания крепостной стены, на ноги вскочил Хашим. Увы, он не переломал себе все кости, пусть и свалился с такой высоты, что любой человек на его месте превратился бы в лепешку.

Первый принц был привлекательным мужчиной, жилистым и высоким. Смоляные волосы на висках уже тронула седина. В лице узнавались семейные черты вей-Амранов, но у Хашима они отличались суровостью, даже жесткостью. Так, пожалуй, и должен выглядеть опытный полководец, будущий король огромной страны.