Книга Танец С Врагом. Эхо потерянных воспоминаний, страница 199 – Алекса Корр

На меня.

Она обернулась в тот самый миг, когда я переступил порог.

Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга, и в этих нескольких секундах было больше слов, чем можно было бы сказать за целую ночь.

Я видел, как в ее глазах вспыхнуло облегчение, почти болезненное, как будто она до последнего боялась, что что-то пойдет не так.

И именно это выражение лица — эта внезапная, беззащитная радость, окончательно разорвала ту тонкую нить самообладания, которая еще удерживала меня после боя.

Она сделала шаг ко мне.

Потом еще один.

А потом уже не шла — почти бежала, и в следующее мгновение ее руки обвились вокруг моей шеи, а ее тело врезалось в меня с такой силой, будто она пыталась убедиться, что я действительно здесь, что я не призрак и не сон.

Я подхватил ее на руки прежде, чем она успела что-то сказать.

Адреналин битвы все еще гудел в крови, сердце билось слишком быстро, а осознание того, что именно она — своим рассказом, своим упрямством, своей верой — спасла мне жизнь этой ночью, накатывало волнами, смешиваясь с почти звериным облегчением.

— Я вернулся, — тихо сказал я, уткнувшись лицом в её волосы.

Но слова были уже лишними.

Она отстранилась лишь на мгновение, чтобы посмотреть на меня, и в ее взгляде вспыхнуло столько всего: страх, который она пыталась скрыть, облегчение, любовь, — что у меня перехватило дыхание.

— Я верила… — прошептала она, но голос предательски дрогнул. — Я верила, что ты вернешься. И что мне не придется вновь пережить тот ужас, как в прошлый раз, когда я увидела тебя бездыханного на полу лаборатории.

Я не стал ничего отвечать. Вместо этого притянул ее к себе и поцеловал.

Сначала резко, почти жадно, словно пытаясь стереть последние остатки страха, который она пережила этой ночью, а потом медленнее, глубже, позволяя этому поцелую сказать все то, что не помещалось в слова.

Она тихо выдохнула мне в губы, и ее пальцы вцепились в мои плечи.

Халат соскользнул с ее плеча, и я даже не заметил, в какой момент он оказался на полу.

Потом на пол упала моя рубашка, торопливо расстегнутая Дашей.

Где-то рядом тихо звякнула пряжка ремня.

Вещи исчезали одна за другой, словно переставали иметь значение, уступая место единственному, что было важно в эту секунду — теплу ее кожи под моими руками, ее дыханию, сбившемуся рядом с моим, ее тихому смеху, который прорывался сквозь наши поцелуи.

Мы двигались почти вслепую, сталкиваясь с мебелью, задевая стол, и в конце концов я просто опустил ее на постель, не выпуская из объятий.

В ее глазах больше не было тревоги. Только огонь. Только жажда, такая же, как у меня.

Она притянула меня ближе, и в этом жесте не было ни капли сомнения — только уверенность человека, который слишком хорошо знает, как легко можно потерять того, кого любишь. И потому не собирается терять ни одного мгновения. Осознание накрыло с головой, и я еще крепче прижал к себе эту смелую и сильную девушку.

За окнами медленно поднимался рассвет, но для нас время словно остановилось, растворяясь в горячем дыхании, в переплетении рук, в тихих словах, которые мы шептали друг другу между поцелуями.

Когда буря наконец улеглась, мы лежали рядом, все еще не размыкая объятий.

Я чувствовал, как ее дыхание постепенно становится ровнее, как ее пальцы лениво скользят по моей груди, и в этой простой близости было больше покоя, чем во всех победах, которые мне когда-либо доводилось одерживать.