Онлайн книга «Тайна боярышни Морозовой или гостья из будущего»
|
Я не боялся всего этого рассказывать, зная, что его светлость господин Сладков исправно докладывает лично императору все новости, что касаются правнучки боярыни Феодосии Морозовой. — Хм, коли у нас такая умница сыскалась, что всем даст фору, да еще, и пользу она уже принесла матушке России, не подстегнуть ли ее еще сильнее? — Она и так для Отечества старается изо всех сил, Ваше Сиятельство! — Да ты не понял меня, барон. А давай-ка сейчас поговорим о поместье в костромских землях, что при отце принадлежало боярам Морозовым. До меня доходят слухи, что там не все ладно, как хотелось бы. — Разные толки ходят о пропаже людей, особливо детей, как девочек, так и мальчиков. А потом находят их истерзанные тела в реке… Большая часть из них — крестьянские дети помещика Хитрово. Совсем все забросил Юрий Богданович, пьет, играет в азартные игры, денег совсем не осталось, а про имение и говорить нечего — одна разруха. Из слуг один лишь управляющий остался, еще при его отце служивший. Мы у него землю выкупили, на которой стоит завод по изготовлению стеариновых свечей, что поставляются во дворец. Их придумала барышня Морозова, но привилегии выписаны на ее опекуна, старосту Дубровина Феофана Алексеевича. — Распустил я дворян, не держал крепко вожжи, вот они и творят, что хотят, в своих поместьях. А про земского старосту мне все давно известно. Я поручил графу Сладкову все тщательно разузнать, а господина Красильникова взять под арест. Ты знаешь, как в казематах тайной канцелярии умеют сведения добывать… Император поднялся со своего места и прошелся по комнате, погруженный в свои мысли, затем сел рядом со мной. Я почувствовал, как вся мощь, заключенная в нем, давит на меня со всей силой, хотя и я не из робких был, но эта мощь заставляла меня невольно склониться. — Знаешь, барон, — продолжил император, — я рад, что именно ты присматриваешь за барышней Морозовой, а еще лучше было бы, чтобы ты на ней женился. И я был бы спокоен, что ее не окрутят иностранцы и не увезут с собой, да и привилегии, записанные на нее, вернулись бы к тебе. Подумай, барон. Я не успел ответить — сердце от радости заколотилось так сильно, что я еле сдержал улыбку, а император, не заметив моего состояния, продолжал беседу: — Граф Сладков провел свое расследование и отметил, что дела в имении Хитрово идут из рук вон плохо, смертность среди крестьян высокая, да и с подушной податью он не справляется. Долг перед царской казной на нем висит огромный. Государственный доход был исчислен в 8,5 млн рублей в этом году, из них 4,6 млн должна была составить подушная подать, а в результате собрали всего лишь 2,1 млн. Вот так и живем мы, барон! Не пойму, чем они занимаются в своих поместьях, если даже со своих крестьян ничего не могут взять? Сейчас не голод, урожай осенью неплохой сняли… А может, и присваивают все себе, а государству отдают мизер… Петр недовольно бросил бумагу, которую держал в руках, на журнальный столик. Он не должен был все мне рассказывать, но, видимо, у него накипело настолько, что ему нужно было это выплеснуть. — Ладно, с этим разберусь… К чему я завел этот разговор? На Новогоднем балу я верну часть земель, ранее принадлежавших Морозовым, и Анна Глебовна получит наследуемый титул баронессы Морозовой. Насколько я помню, через несколько дней ей исполнится семнадцать лет. Надеюсь на тебя, Андрей Александрович, что не подведешь. |