Книга Фон-барон для Льдинки, страница 140 – Анна Аникина

— Ты мой лейтмотив, - шептала Тори в губы Алексу.

А у него шестеренки в голове крутились в усиленном темпе. Неделя! Целая неделя! Нужен план. Эх, с Доком бы посоветоваться. Но это терпит. Надо попросить отца написать заявление на вечера. Местным было позволено. Отличникам выпускного курса и в виде большого исключения. Может быть, сделать это через консула. Но это уже совсем аварийный вариант.

Тори читала его выражение лица. Она тоже думала, чем кроме подготовки занять себя неделю. Советовалась с Никой. Та была в восторге, что у них с сестрой будет гостить Тори. Уверяла, что скучно не будет.

— В одном городе всё же легче, правда?

— Конечно. Вместе всегда легче. Я завтра тебя у Бодровских заберу. Отвезу. Потом дождусь. А сейчас мы купим тебе карточку.

— Что? - не поняла Тори.

— Начнём привыкать к великому Петербургу, - прижал её к себе Алекс, - Купим тебе проездной. И Док ждёт нас на базе. Грозился приготовить карбонару.

— Где он нас будет ждать?

— У нас на Ваське квартира. Университет рядом. Девочки Ларионовы тоже недалеко. Пешком можно догулять.

У Тори аж голова закружилась. Но Алекса она поняла. Квартира на Васильевском острове. Ларионовы - это Лика и Ника, сестры Аллы Бодровской. За руку с Алексом делать свой пока ещё пробный шаг в жизнь в Петербурге было не страшно.

Целая неделя пьянящего счастья. На его волне Тори написала очный тур олимпиады, решив все задачи. Насколько верно, будут проверять, конечно. Но почему-то она совершенно в себе не сомневалась.

Какими правдами или неправдами Алекс отпрашивался каждый вечер или просто убегал под прикрытием Игоря, она не знала. Они просто встречались в метро и шли гулять куда глаза глядят. Километрами и часами. Лишь бы рядом.

Март не баловал теплом. Но хотя бы с неба ничего не лилось и не сыпалось. Сильный ветер с Балтики разнонял облака. Тори вдыхала этот воздух полной грудью. Санкт-Петербург окутывал её своим очарованием. Она и не сопротивлялась. Виктории хотелось понравиться этому городу. Потому что он казался ей живым и разумным. Её сообщником по планам.

Наличие "базы" ставило под угрозу остатки их благоразумия. Там, за закрытой дверью квартиры, они были только вдвоём. Пусть всего час или два. Не каждый день. Тори старательно занимала себя готовкой домашней еды. Взгляд Алекса мешал ей сосредоточиться. Какая там еда, когда он так смотрит.

Алекс много думал над тем, как и когда это может произойти с ними. Их первый раз. Для его Виктории хотелось всего самого лучшего. Первый раз заниматься любовью - это должно быть красиво - шампанское, розы, джакузи. А не раскладной диван съёмной квартиры.

Ответственность свою он тоже осознавал в полной мере. Если они сделают этот шаг, обратно не отыграешь. Это как спрыгнуть на другую сторону с высоченного забора. Обдумывать это одному было сложно. Но обсуждать их с Тори отношения с кем-то, даже с Игорем или Никитой, Алекс не собирался. Провожать Тори в квартиру к Ларионовым, где она ночевала, становилось почти невыносимо. Сам он тоже обязан был явиться в училище.

Тори впитывала атмосферу города как губка. Утром она имела право свободного посещения лекций в университете. Пропуск выдали. Днём ходила по музеям. В одиночестве или в компании сестёр Ларионовых. Запоминала маршруты. Привыкала к ритму, чуть более медленному, чем в Москве. А ближе к вечеру появлялся Алекс. И сердце сбивалось с ритма.