Книга Фон-барон для Льдинки, страница 170 – Анна Аникина

А Игорь давно при всех говорил, что Тори ему сестра. Разве что, в личном деле у него сёстрами значились только Екатерина Александровна Ветрова и Софья Александровна Кузьмина. Виктории Петровны Свенссон не было. Но разве ж дело в официальных бумагах?

Хотя Алекс считал по-другому. У него было особенно почтительное отношение к порядку и документам. Для фон Ратта "гражданский брак" - это тот, что заключён в государственных органах. Это юридическая ответственность и соответствующие права и обязанности. Всё остальное - "не тот сорт". Это выражение её жених явно позаимствовал у Бодровского. Тори слышала его от Юры. Причём именно в отношении людей.

В университет было не нужно. Впереди были самые первые её настоящие студенческие каникулы. Алекс обещал освободиться к обеду. Игорька к сожалению отпустят только в пятницу, но зато уже окончательно. И аж до начала февраля они - свободные птицы.

У Алекса на самом деле уже не было дел в академии. Он не ночевал ни в экипаже, ни "на берегу", как теперь они называли квартиру с лёгкой руки Владимира Максимовича, чтобы не сорваться. Да и перед Ветровыми ночью ему было бы неловко. Впервые он провел ночь у себя. "В замке", как говорила Тори.

Консьерж теперь зачем-то подскакивал, когда Алекс заходил в парадную. Возможно, у него была какая-то связь с бабушкой и дедушкой. И дед Фридрих имел неосторожность представиться. А может, где-то в документах значилось полное имя нового владельца. В любом случае, Алексу было неловко. Здесь в Питере он всего-то курсант мореходки.

Утром в квартиру привезли всё, что он заказывал. Пришлось импровизировать. Вот где пригодился опыт приёмов в Раттенбурге. Можно было бы, наверное, посоветоваться с бабушкой. Но тогда даже его не очень скромный бюджет не выдержал бы масштабов её фантазий. Поэтому посоветовался он с Катей. Та горячо поддержала идею. И внесла свою лепту.

Утром Тори получила от Алекса корзину белых роз с курьером. Но она бы однозначно предпочла бы его лично. В безраздельное пользование. Во всех возможных смыслах. Но они договаривались на сюрприз. Придётся дождаться. Тем более, что Тори было, чем занять время. Катя подарила ей сертификат в салон красоты и мини-шопинг со стилистом. Не иначе, сестра была в курсе каких-то задумок Алекса.

В салоне её отвернули от зеркала.

— Только не стрижка, - беспокоилась Тори.

— О, нет, такие волосы! Мы только украсим их, - уверяла мастер.

Когда Викторию повернули обратно к зеркалу, она долго вгдядывалась в отражение. Сначала ей вообще показалось, что это юная Катя, какой она была в свои восемнадцать. Потом она узнала-таки себя. Ахнула. Мастер сияла, довольная своей работой.

Следом стилист - молодая милая девушка, прошлась с Тори по торговому центру.

— На наш случай надо посмотреть платья вот здесь, - завела в магазин.

— А какой у нас случай? - Тори было очень любопытно.

— Торжественный, - нашлась стилист, чтобы не выдать секрет.

В атриуме торгового центра возле небольшого фонтана Алекс ждал Тори. В смокинге и с розой сорта "Виктория". Тепло по-зимнему одетые люди останавливались посмотреть, искали глазами камеры, думая, что это съёмки шоу.

Виктория спускалась к нему на эскалаторе, будто фея с неба. Алекс чуть поднял подбородок. Слезы были рядом. Такая красивая у него любимая, что дыхание останавливается.