Книга Фон-барон для Льдинки, страница 167 – Анна Аникина

— Тори! Я тебя ищу. Катя велела тебя забрать и довезти. Я тут был по случаю рядом. На улице шторм, ты только болела. Я на машине.

— Я пока не могу, - еле шептала Тори.

— Погоди, ты сдала, что там у тебя сегодня было?

— Коллоквиум по геометрии. Нет. Вот надо дополнительные задачи на кафедру занести.

Вадим нахмурился.

— Задачи? Дополнительные? На кафедру? - смотрел выжидательно.

Тори покраснела. Но ничего не рассказала.

— Иди. Я тебя возле кафедры подожду, - Вадим был как скала - высокий и спокойный.

Тори оставила его за дверью и шагнула в небольшое помещение кафедры.

Доцент Гаврилов поднялся из-за стола. Тори поежилась от его взгляда.

— Ну что, Свенссон, решили? Разве таким красивым девушкам нужен этот факультет? У таких красивых девушек мозгов столько быть не должно, - растягивая слова противным голосом поговорил доцент.

— Да, решила. Две из трех.

У Гаврилова округлились глаза.

— А как мы с Вами, милая Виктория, будем решать вопрос с третей задачей? - и одна рука доцента потянулась и легла на плечо Тори, а другая попыталась закрыть дверь кафедры изнутри на ключ. Только дверь почему-то не закрылась. Гаврилов поднял глаза и наткнулся на прошивающий насквозь взгляд Вадима. Ветров подставил ногу в дверной проем.

— Вы кто? - пискнул Гаврилов.

— Тори, в коридоре меня жди, - Вадим дал Виктории выскочить в коридор, а сам зашёл внутрь, заполняя своей фигурой пространство. И дверь закрыл.

Тори не слышала, что именно говорил Вадим Ветров доценту Гаврилову. Через несколько томительных минут дверь открылась. Оттуда показался взъерошенный, как потрепанный воробей, доцент.

— Свенссон, Вам за коллоквиум оценка отлично. Я в электронный журнал уже поставил, - проблеял под тяжёлым взглядом Ветрова.

— Поехали домой, - Вадим не удостоил преподавателя даже взгляда и двинулся к выходу. Тори поспешила следом.

— Приставал? - тихо спросил Вадим, когда они сели в машину.

-Только Алексу не говори.

— Почему?

— Он убьёт этого Гаврилова. А потом будут неприятности.

— Понимаю. Я бы тоже убил. И с ним мы ещё не закончили. Не бойся только. Он больше никого не тронет.

Вторую половину декабря все трое еле пережили. Игорь все выходные сидел у себя, отвлекаясь только на поесть и всё время бормоча что-то на латыни.

Алекс и Тори гоняли друг друга по теории к зачётам и экзаменам. В физике Виктория была не сильна. Но сверялась с конспектами Алекса, написанными аккуратным бисерным почерком, очередной раз восхищаюсь его талантом. У него даже чертежи были сделаны круче, чем в учебнике.

Алексу пришлось еще сложнее. Тори свои конспекты писала вроде и по-русски, но там было такое количество значков и букв, что в глазах рябило. Проверить правильность формулировки было сложно. И они перешли на письменный вариант. Она писала определения и теоремы. Потом доказательства. И потом они сверяли с источником.

Иногда Тори подолгу разговаривала с Лёлей по телефону. Обсуждали что-то почти непонятное обычному человеку. Алекс сломался, когда пятый раз попытался произнести: "Для любой хорды параметрически заданной плоской кривой, вектор скорости которой нигде не обращается в ноль, существует точка на дуге этой кривой с теми же концами, что и хорда, в которой касательная параллельна хорде"*. Тори хохотала. Для него это просто скороговорка, а она это ещё и доказать может.