Книга Личная ассистентка босса, страница 42 – Екатерина Котлярова

Девушка встаёт рядом со мной на колени и заглядывает в лицо. Наверное, я всё ещё глупо улыбаюсь, потому что девушка улыбается мне в ответ. Широко и искренне, немного робко, как это было в нашу первую встречу в университете.

— Он в тебя влюблён, как безумный, — тихо говорит Лебедева.

— Кто? — я понимаю, про кого она говорит, но решаю уточнить.

— Калинин твой, кто же ещё, — Лера пожимает плечами.

— Не говори глупостей. Это просто была необходимость.

— Тех, кого не хотят до трясучки, так не целуют, будто сожрать готовы. Дроздов со стояком из номера вывалился.

Я закрываю лицо ладонями, чувствуя, как оно начинает гореть от смущения и дикого стыда.

— Прекрати.

— Он влюблён в тебя. И ревнует просто дико, что даже свою выдержку теряет. Вспомни, как он взбесился, когда в командировке к тебе Рома подошёл. А как он заступился, когда Антон тогда с цветами пришёл. Или в ЗАГС он приехал только для того, чтобы сообщить о командировке?

— Это просто совпадения.

— Да-да. Мне и Антону пришли письма на почту с билетами на наши имена и коротким пояснением, куда и зачем мы летим. А тебе Калинин лично приехал сообщить. Да и была ли вообще эта командировка такой необходимостью, если ехать мы изначально собирались на два месяца позже?

— Лера, ты просто выставляешь всё в выгодном для меня свете.

— Мир, кто из нас потаскушка? Я или ты?

— Лера, — меня передёргивает от её фразы.

— Я, милая. Я. Я готова была разрушить чужую семью. И твоей не дала состояться. О чём я не жалею, — голос Лебедевой становится жёстким и чётким. — Я рада, что так всё вышло. Пусть ты злишься и не хочешь меня больше видеть, но я рада, что отвадила от тебя этого урода. Он гнилой человек, который хотел через тебя добиться повышения. А ещё он бьёт женщин. Вот так как-то, — Лера невесело улыбается.

— Он тебя бил? — я хватаю Леру за плечи.

— Не важно. Я сама виновата. Во всём. В том, что потеряла тебя. В том, что влюбилась в очередной раз не в того человека. Думала, что влюбилась. Образ в голове придумала. Я разрушитель. И просто мразь.

Я вижу, что Лера на пределе. Вижу, что за злой улыбкой она скрывает боль. Такую огромную и необъятную, что её отголоски впиваются в моё сердце.

— Иди ко мне, — шепчу тихо, раскрывая для неё объятия.

Просить дважды не нужно. Лера на коленях подползает ко мне и лбом упирается в моё плечо. Она беззвучно плачет, слезами заливая ткань моего платья.

— Я хочу тебе сказать, что я тебя простила, — тихо говорю ей. — Я не знаю, как дальше продолжится наше общение и сможем ли мы быть подругами, но я не держу на тебя зла.

— Спасибо, — тихо бормочет в ответ Лера, стискивая меня в объятиях до хруста костей.

Наш разговор прерывает звонок моего телефона. Я тут же ныряю рукой в карман, смотрю на экран. Сердце начинает тревожно биться в груди. Мама. Почти за две недели мы ни разу не разговаривали. Точно что-то случилось!

— Алло.

— Смирнова Мирослава Олеговна? — раздаётся незнакомый голос с той стороны.

— Да, — выталкиваю из себя с трудом.

— Ваша мать сейчас находится в тридцать пятой городской больнице.

Мира

— Эй, что случилось? — с тревогой спрашивает Лера, когда я покачиваюсь.

Девушка подхватывает меня под локоть и тащит в кровати, заставляет меня сесть.

— Мама в больнице.

— Что случилось?