Книга Переводчица для Босса, страница 1 – Никки Зима

В детстве я не любила уроки физкультуры, но вынесла из них один полезный навык для себя — перепрыгивать через всяких козлов.

Дверь директорского кабинета захлопывается с таким грохотом, будто внутри взорвался атомный реактор.

Не удивлюсь, если за моей спиной взмывает огненный гриб до самого неба!

Секретарша моментом превращается в черепаху, вжав голову глубоко в плечи.

Я же размашистым шагом направляюсь на школьную парковку для педагогов.

Вспоминаю, как мне вчера было нехорошо.

Я стою, прислонившись спиной к этой дубовой панели, одной из тех, что обшита учительская в приватной и очень дорогой частной школе.

Я вся дрожу, пытаясь поймать и успокоить учащённое дыхание. Это не от страха, это от гнева.

Страх перед руководством улетучивается последними остатками терпения.

Левая ладонь отчаянно пылает — на ней красовался невидимый, но гордый отпечаток моего решительного протеста, влепившего звончайшую пощёчину Анатолию Викторовичу Крылову.

Причина моего возбуждённого состояния проста, как осенний листопад, и отвратительна, как плесень в холодильнике.

Мой дорогой работодатель, который все последние три года строил глазки, отпускал «невинные» комплименты моим… нет, не профессиональным качествам, а внешним данным, сегодня окончательно перешёл все границы.

Он не просто намекнул. Он схватил меня за руку, когда я собралась уходить, и потянул к своему бархатному дивану для «доверительных бесед», бормоча что-то про «одиночество» и «взрослую симпатию».

Я вырываюсь. А потом моя ладонь, опередив мозг, наносит упреждающий удар по его «взрослой симпатии» и наглой самоуверенности.

В простонародье это называется «дать по морде».

И всё это происходит здесь, в «Академии Будущего» — закрытой школе для отпрысков самых богатых и влиятельных родителей страны.

За этими высокими заборами из кованого железа, под присмотром видеокамер и строгих охранников, кипит жизнь, которую я искренне люблю.

Мне до слёз жаль уходить отсюда. Жаль бросать моих учеников — этих избалованных, но по-своему гениальных детей, которые на моих уроках иностранных языков сначала морщили носы, а потом с азартом спорили, как правильно спрягать неправильные глаголы.

Читали признания в любви на разных языках мира и пели песни про настоящие чувства.

Мне нравится видеть, как в их глазах загорается огонёк понимания, когда они начинают понимать, что именно говорят носители языка.

Это моя профессия, моё призвание.

Но домогательства директора, эти постоянные, липкие, как сладкий сироп, намёки и «случайные» прикосновения, в конце концов, меня вконец достали.

Чаша моего терпения переполняется, выливается на его стол заявлением и презрительным отказом слушать извинения.

Он мерзкий, и я давно хотела так поступить.

Крылов из тех людей, которые выставляют статус в соцсетях «заболел» и тут же получают сотни нажатий на кнопку «мне нравится»!

Может быть, «комплименты» я бы ещё потерпела. Но прикосновения?

Обычно я молчу. Потому что с моим правдолюбием и прямолинейностью нужно хорошо драться или быстро бегать. А я ни того, ни другого не умею.

Сегодня я большая молодец, наконец-то даю отпор этому уроду. Давно нужно было так поступить!

Вчера меня трясло, я нервничала, а сегодня ловлю себя на том, это даже приятно ощущать во рту привкус от осознания собственной дерзости.