Книга Идеальный проект, страница 71 – Дана Хейс

Друг выходит так же бесшумно, как и вошел. Его предупреждение – как низкий гул в голове, который невозможно заглушить. Но я заставляю себя не обращать внимания. Поворачиваюсь к монитору, пытаюсь сфокусироваться на строчках текста, однако они расплываются перед глазами. Глюкометр снова настойчиво пищит, требуя внимания, но я его игнорирую. Сейчас не до него. Мне нужно работать.

Ближе к вечеру, когда уже начинает смеркаться, со слабым скрипом отворяется дверь. В проеме появляются Лиам и Хлоя. Они застывают на пороге, не решаясь войти.

— Вы что-то хотели?

— Мы закончили. Все материалы подготовлены, – отчитывается Лиам монотонным, безжизненным голосом. Он смотрит куда-то за мое плечо, избегая прямого взгляда.

— Если больше ничего не нужно… мы пойдем, – почти неслышно добавляет Хлоя, уставившись в пол. Кажется, она тоже не может смотреть на меня.

Никаких «держись, босс» или дружеского участия, даже простого кивка. Только формальный отчет и холодное отчуждение. Между нами – стеклянная перегородка, как в офисах опенспейс. Я их вижу, только вот достучаться уже не могу, но игнорирую и это. Еще одна проблема, которую безжалостно откладываю в папку «Разобраться позже».

Я киваю, и они исчезают, оставляя меня в кабинете, который с каждой минутой все больше напоминает вакуумную колбу.

Поздней ночью возвращаюсь домой. В машине тишина. Ни музыки, ни новостей. Любой посторонний звук кажется сейчас кощунством. Толкаю дверь и вхожу в квартиру: пустота, молчание, темнота. Нет света в гостиной. Нет привычного, уже родного запаха ее геля для душа. Нет Стеллы.

Прохожу в спальню и больше не чувствую той острой, разрывающей боли, как после ресторана. Вместо нее – усталость. Тотальное истощение. Тело, достигнув предела, отключило болевые сигналы, чтобы не сгореть дотла. Мозг больше не хочет анализировать. Мышцы отказываются сокращаться. Сердце качает кровь. Механически. Бессмысленно.

Не раздеваясь, падаю на свою половину кровати и засыпаю прямо так.

Я резко просыпаюсь, подскочив на кровати, и чувствую пульс в горле. Воздух с хрипом врывается в легкие. Сознание возвращается рваным, болезненным импульсом, как после удара дефибриллятором. В голове низкая вибрация, будто череп превратился в трансформаторную будку под напряжением. Во рту противный едкий металлический привкус.

Что-то не так. Звук. Настойчивый, пронзительный, сверлит череп изнутри.

Не сразу, но до меня доходит.

Звонок в дверь.

Пытаюсь встать, однако комната плывет перед глазами, стены колышутся, пол качается. Ловлю равновесие, инстинктивно хватаюсь за тумбочку и сбиваю книгу «Пока лето не разлучит нас». Одна из тех, что Стелла читала вечерами, уютно свернувшись калачиком на диване. Черт… Всего на секунду физический дискомфорт исчезает, уступая место жгучей боли.

Но звонок продолжает безжалостно надрываться без пауз.

Кое-как цепляясь за стену, добираюсь до двери. Руки дрожат, пальцы не слушаются, с трудом поворачиваю замок. На пороге стоят Райан и Дэмиен, оба в спортивной форме. Первый хмурится, сведя брови на переносице.

— Мы ждали тебя в зале, – бурчит он, проходя мимо меня в квартиру, не дожидаясь приглашения. – Телефон, я так понимаю, для красоты? Звонил тебе раз двадцать! А еще меня попрекают тем, что я не отвечаю!