Онлайн книга «Искры надежды»
|
План родился внезапно, и она была не в том состоянии, чтобы искать альтернативные решения. Ей было плохо. Безумно плохо – почти как в первые черные месяцы после трагедии. — Извините, – пробормотала она официантке и, прежде чем та успела остановить ее, выбежала прочь. Не попрощавшись с Саймоном. Не забрав вещи. Хотя… какое это имело значение? * * * Первый раз приступ паники после смерти Джастина случился с ней в нью-йоркском метро. Роберт попросил ее приехать в офис арт-агентства для решения каких-то вопросов по прошедшей выставке. Эмили хотела отказаться – ей было тяжело заставить себя дойти до соседней комнаты, что уж говорить о противоположном конце города. Но Роб был очень настойчив. Говорил много слов, половину из которых она не слушала: что-то о необходимости личного присутствия, живой подписи и прочих вещах, не имевших никакого значения. И она сдалась. Офис располагался в часе езды с двумя пересадками. Почти столько же заняла бы дорога на такси, но Эмили физически не могла заставить себя сесть в машину. Так что оставалось только метро. Шумное, грязное, темное, но, увы, не имевшее альтернатив. Подземку Эмили не любила, и потому постаралась сделать все, чтобы хоть как-то оградить себя от неприятного опыта. Выбрала время, когда должно было быть меньше всего народу, надела свободный плащ, замоталась до носа шарфом, заткнула уши наушниками, отгораживаясь от внешнего мира. Ей казалось, что самым сложным будет заставить себя выйти из дома, а остальное она как-нибудь перетерпит. Что ж, ошиблась. Она стояла, держась за поручень, в полупустом вагоне, когда ноздри вдруг пощекотал запах сандала и кедра. Его запах. Кто-то в вагоне пользовался тем же одеколоном, что и Джастин. Родной запах, к которому она так привыкла, которого ей так не хватало. Сердце ударилось о ребра так сильно, что у Эмили перехватило дыхание. Ей стоило немалых усилий не начать выискивать взглядом человека, чей аромат напомнил о любимом. Но брешь в мнимом спокойствии была пробита. Реальность прорывалась сквозь музыку, звучавшую в ушах. Грохот колес. Возмущенный голос пассажирки, которой никак не хотели уступить место. Чей-то смех. Телефонный разговор, монотонный, почти без пауз. «Да-да, доктор говорит, это всего лишь небольшая инфекция. Откуда? Клифф, чтоб его…» Запахи сандала, мускуса, немытого тела, уличной еды и подземной сырости забивали нос, мешая дышать. От вспышек света, проносившихся за грязными окнами, разболелась голова. Эмили попыталась сосредоточиться на игравшей в наушниках музыке – и поняла, что не может. Что-то было не так. В ускорявшемся биении сердца, в нараставшем гуле в ушах… Скрипнули тормоза – поезд подъехал к станции. Эмили дернулась к дверям. Это была не ее остановка, но она все равно захотела выйти. Подышать, успокоиться… Слишком медленно. Толпа, ожидавшая посадки, затекла в вагон, оттеснив Эмили от выхода. Прежде чем она спохватилась, двери закрылись. Поезд тронулся. И тогда… В первые секунды она подумала, что это из-за толпы в вагоне вдруг стало как-то особенно душно и тесно. Но нет. Это ее, Эмили, бросило в жар. В ушах гудело. Дышать становилось все труднее. Она ощутила, как отчаянно бьется сердце, будто хочет выпрыгнуть из груди, раздробив ребра. «Пожалуйста, помогите…» – попыталась сказать она, но горло сдавило, и из груди вырвался лишь невнятный писк. |