Книга Телохранитель для Снежной Королевы, страница 42 – Эмма Райц

— Блин. У него же астма, – Костров насмешливо выдохнул сигаретный дым.

— Какой хрупкий малыш, – прыснул Майоров.

— Не откинется? – Черномор глянул на него в зеркало заднего вида.

— Не должен, – но, поразмыслив, Павел всё же выпрямил пленника и приподнял мешок на его голове до уровня носа.

— Инг-галлят-тор… – со свистом вырвалось из надрывающихся лёгких Белинского.

— Обойдёшься. Тебя мамочка не научила дыхательной гимнастике?

До лесополосы они ехали молча. Костров боролся со своим бешенством, сжимая и разжимая кулаки. Сатир задумчиво улыбался, глядя в окно. Глеб продолжал хрипеть, с трудом вдыхая воздух.

— А вот и кустики симпатичные, – проехав вглубь густых посадок, Матвей припарковал внедорожник между двумя соснами. – Приступим?

На свежем воздухе Белинский ощутил было облегчение, но тут же напрягся ещё сильнее при виде большой садовой лопаты и мотка крепкой верёвки внушительных размеров:

— К-куда в-вы мен-ня т-тащите?! – он попытался вырваться из железной хватки парней, но те лишь угрожающе рассмеялись. – Отп-пустит-те! У м-меня р-ребён-нок!

— Хорош заикаться! Раньше надо было думать. И о ребёнке, и о подружке. Когда к Юле припёрся. Когда ударил её. Где мозги были?! – Костров с силой приложил Белинского спиной к стволу сосны.

— Я б-больше не п-приду… Обещаю!!!

— Разумеется, – левый кулак с коротким размахом угодил чётко в печень, и взвывший от острой боли пленник рухнул на колени.

— Вы гляньте, и не промёрзла ещё, – лопата в руках Черномора легко входила острым краем в прикрытую свежим снегом землю вперемешку с осыпавшимися пожелтевшими иголками и прелой листвой. – Дел на десять минут.

— Пожалуйста… Не надо… – упираясь щекой в снег хрипел Белинский. – Я больше никогда… Скажите, что сделать…

— Лежи и не рыпайся, – Сатир пихнул его в ягодицу твёрдой подошвой армейского ботинка.

Раздалось сиплое всхлипывание, а за ним – жалобный скулёж. Трое мужчин синхронно уставились на Глеба.

— По ходу и правда яиц у него нет, – хохотнул Матвей.

— А дитё тогда как заделал?

— Может, не от него? – Сатир приподнял воротник, отворачиваясь от ветра.

— Отпустите… – дрожа не то от холода, не то от ужаса, снова пролепетал Белинский.

— Вот выкопаем ямку и сразу отпустим. Прямёхонько в неё, – Черномор пихнул Майорова в плечо и передал ему лопату: – Твоя очередь.

— А чего я-то? Костров, твоя ж вендетта!

— Я буду закапывать, – мрачно ухмыльнулся Павел.

Последняя фраза окончательно погрузила Глеба в панику. Собрав все оставшиеся силы, он попытался подняться на ноги, несмотря на скованные наручниками запястья за спиной. Поскальзываясь и теряя равновесие, Белинский успел пробежать несколько метров, пока Скай не сбил его с ног жёстким ударом в спину.

— Не надо! Пожалуйста, не надо!!! Я что угодно сделаю!!! – захлёбываясь от ужаса орал Глеб, пока Костров тащил его обратно, намеренно впиваясь пальцами в прокушенную Пушком икру. – Нет!!!

— Да хорош уже, – зажав зубами сигарету, Матвей забрал у Сатира лопату и помог выбраться из ямы. – Поместится.

— Нет! Нет!!! – извиваясь по земле, Белинский безрезультатно пытался отбиться от Павла второй ногой, в конце концов всё равно свалился в свою будущую могилу, но тут же попытался подняться: – Ты говорил ей, что не убьёшь меня!!!

— Я соврал, – Костров достал из-за пояса пистолет из чёрного матового сплава и направил дуло на Глеба. – Что скажешь напоследок?