Книга Два шага до проблем, страница 62 – Татьяна Любимая

— Отлично, мудрое решение, — расплывается в широкой улыбке наш опекун. Радуется, наверное, что больше не придется ездить ежедневно к нам в больницу, время тратить. — Тогда сейчас унесу в машину вещи и вернусь за вами. Одевайтесь, я скоро, — неожиданно озорно подмигивает, чем вызывает у меня спонтанную улыбку, и уходит с нашей кучей пакетов.

Втроем мы спускаемся на первый этаж. Егорка на руках у Курагина, я рядом с ними. Моя ноша — дамская сумочка и папка с документами и выпиской из больницы. Идем как настоящая семья с надежным щитом в виде широкоплечего уверенного красавца — главы семейства, хрупкой девушки — его спутницы — меня и нашего маленького лапочки-наследника. Красиво, хоть и не правда. Ловлю завистливые взгляды других мамочек. Испытываю приятное чувство гордости за своих мужчин.

— Варя! — неожиданно меня окликает знакомый голос, слышать который я хотела бы меньше всего.

Виталик тут же материализовался передо мной. В руке веточка белой кустовой хризантемы. Бутончики мелкие, как у ромашки. По сравнению с шикарными букетами Курагина цветы мужа выглядят жалко. Да и сам Виталий не лучше — небритый, лохматый, осунувшийся.

— Виталя? — я растерялась. — Ты что тут делаешь? Я же тебе написала, что не вернусь.

Неприятно, что Курагин стал свидетелем нашего общения с мужем. Даже взглянуть на него не решаюсь.

— Ага, — муж оскалился, — шутку я оценил, молодец, смешно.

— Дорогу освободи! — Курагин подошел ближе. Лицо каменное, только желваки ходуном ходят на скулах.

— Не понял. Что происходит? Это кто? — сверкая серо-голубым льдом во впалых глазах, муж кивает на Егора, недовольно постукивая цветами по колену.

— Кто надо, — между мной и Виталием встал рычащий Курагин, закрыл меня собой. — Ушел с дороги!

На нас начали оглядываться и показывать пальцем посетители и пациенты — мы привлекли внимание всех. Как же мне стыдно за поведение мужа перед всеми, особенно перед Егором! Я хочу их разнять, избежать конфликта, но мужчины меня не замечают.

— Ты кто такой? Сына отдал!

Виталик тоже завелся. С презрением кинув цветы на мою папку с документами, протянул руки к ребенку.

— Егор, иди к папке.

Егорка к отцу не пошел, наоборот, отвернулся от него как от чужого человека, обняв за шею своего Ди, что еще больше взбесило Виталия. Курагин же наоборот с победным видом выпятил грудь, сильнее прижав к себе мальчика.

Краем глаза я заметила, что к нам спешит охранник. Я даже испугаться не успела — рядом с Егором и среди скопления посторонних людей чувствую, что мы с сыном в безопасности.

— Какого хрена? Ты кто такой, папаша?

— Кто надо, сынок! — прогремел ответ. — Кто пустил? Уберите это отсюда! — рявкнул на подоспевшего громилу-охранника Курагин.

Тот пробормотал невнятные извинения, взял под локоть Виталика и отвел его в сторону, что-то ему выговаривая. Муж его не слушает. Пытается вырваться и кричит нам вслед, пока Егор, взяв меня, пунцовую от стыда за эту сцену, за локоть, ведет к выходу:

— Варька, тварь, променяла меня на козла этого старого, да? Ну и как он, хорошо услуги твои оплачивает?

Господи, как стыдно! Как у Витальки язык только поворачивается говорить такое?

Не оборачиваюсь, только голову ниже опускаю, в плечи вжимаю, ускоряю шаг. Когда уже закончится этот бесконечный путь до выхода? "Ромашки" летят в первую попавшуюся урну.