Книга Просто останься, страница 45 – Юлия Бузакина

Мое сердце летит в пропасть. Несколько мгновений смотрю им с Марком вслед. Малыш высовывает головку из-за ее плеча, смотрит на меня с каким-то искренним детским интересом, и его маленький ротик растягивается в улыбке. И я, как привороженный, медленно иду за ними следом.

На просторной кухне у родителей Кати царит оживление. Запах от жаркого стоит такой, что голова кругом. Что-что, а готовить ее мать умеет. И малосольные огурцы такие получаются, что пальчики оближешь.

Мой бывший тесть вертится тут же, помогает накрывать на стол: расставляет тарелки. Тянет руку за малосольным огурцом в большом трехлитровом баллоне, и тут же получает по руке прихваткой.

— Сколько просила руками в банку не нырять! — строго хмурится теща.

Катя заглядывает на кухню по дороге в ванную комнату с сыном на руках.

— Папа, Ян будет ужинать с нами, накрывайте на пять персон, — сообщает громко.

Тесть приподнимает бровь.

— Да ладно? Серьезно?

На лице у Кати впервые за весь вечер проступает улыбка.

— Серьезней некуда.

Стол накрыт на пять персон, а значит, мне придется остаться. Иду в ванную комнату, тщательно мою руки с мылом (привычка, выработанная годами), медленно вытираю их полотенцем. И страшновато садиться за стол с людьми, которые пять лет, как перешли в разряд «бывшие», и отказываться не хочется. Я ведь и вправду сегодня пропустил обед, а про ужин вообще не подумал. Но, честно говоря, я даже представить не мог, что еще раз когда-нибудь сяду за один стол с Катей и ее семьей.

Выбираюсь из ванной комнаты. Мне навстречу несется Марк. Его уже переодели в легкие шортики и маечку. Катя даже успела высушить ему волосы.

— Ужинать! Ужинать! — весело оповещает малыш окружающих о предстоящем событии.

Катя выходит следом за сыном из той самой комнаты, которую мы занимали, если оставались на ночь у ее родителей, в той, прошлой жизни. Удивительно, что в этом доме ничего не изменилось, как будто время здесь застыло.

Она тоже успела переодеться в легкое домашнее платье нежного зеленого цвета, и это платье, пусть простое, очень ей идет.

В мокрой футболке только я. Но ничего, переживу: все же на дворе лето.

Катя притормаживает возле меня.

— Ребенок проголодался, — поясняет с улыбкой и берет меня за руку. — Идем, Ян, поужинаем вместе.

От ее прикосновения по телу прокатывается давно забытая теплая волна. В сердце вспыхивает нежность, и я подавляю тяжелый вздох. В тысячный раз убеждаюсь, что я ее по-прежнему люблю.

Иду за ней следом.

На кухне за большим дубовым столом, который тесть выпилил и сбил своими руками много лет назад (предмет его особой гордости), уже восседает Марк. Болтает нетерпеливо ножками.

— Баба, баба, ну давай же ужин! — подгоняет маму Кати он. — Доктору тоже накладывай, не жалей! Доктора должны питаться!

Катя смеется.

Тесть сидит во главе стола. Посматривает на меня не то чтобы недобро — скорее, с опаской. Немного подумав, он достает из буфета вишневую наливку, которую каждое лето готовит сам.

Теща ставит на стол большое блюдо с горячим и садится рядом с ним. Мы с Катей занимаем места по обе стороны от сына.

— Катя, командуй, — подталкивает ее мать. — Раскладывай горячее.

Я вдруг осознаю, что жутко проголодался.

Катя поднимается и ловко орудует приборами.

Тесть открывает свой «натурпродукт», разливает по хрустальным стопкам. Их достают по особым случаям. Удивительно, что сегодня достали.