Книга После развода. Шанс вне расписания, страница 43 – Марьяна Карпова

— Вероника, прости за вчерашнюю глупость в прессе. Мы делаем большой материал о вашем доме «Память света». Только профессиональный взгляд. Вы согласны?

Артёму написал один из скептически настроенных акционеров: «Артём Валерьевич, увидел вас вчера в «Лазури». Солидно выглядите. Стабильность в личной жизни — хороший, надёжный знак для бизнеса».

Осада не прекратилась, но крепость держалась.

И когда вечером того дня Вероника, вернувшись со встречи, обнаружила на кухонном столе просто свежий, ещё тёплый хлеб и записку «Курю на веранде, если что», она поняла — это и есть их новое понимание друг друга, новая форма построения настоящего и будущего.

И она, скинув туфли, пошла не в свою гардеробную, а на веранду, к нему, чтобы просто постоять рядом в тишине, глядя на ту самую реку, которая теперь была не просто видом из окна, а свидетелем их самой долгой и сложной дороги друг к другу.

Но буря ждала впереди, готовая проверить на прочность их отношения.

Утром они завтракали в тишине — каждый был погружён в свои мысли, переваривая вчерашнее. Вероника просматривала контракты на планшете, Артём изучал отчёт по слиянию. Фоном звучала только музыка — инструментальный джаз. Их перемирие было хрупким, как первый лёд на реке, но оно держалось.

Тишину нарушил звонок. Артём взглянул на экран, и его лицо стало напряжённым. Посмотрел на Веронику и включил громкую связь, показывая, что он неё у него секретов нет.

— Максим. Что там?

— Артём Валерьевич, ситуация трудная — поступил запрос от юридической фирмы «Вестник и партнёры». Они представляют интересы Алёны Игоревны.

Вероника отложила планшет и внимательно наблюдала за реакцией Артёма — напряжение сменилось раздражением.

— Какого рода запрос? — голос Артёма был ровным, без малейшего намёка на выход на эмоции, приближение грозы чувствовалось.

— Они требуют пересмотра условий расторжения вашего с ней брачного контракта. Утверждают, что есть неучтённые активы, приобретённые в период брака, и настаивают на их оценке и разделе. В частности… — голос Максима на секунду дрогнул, — в списке указан дом в Италии, приобретённый три года назад через офшорную компанию.

Артём медленно откинулся на спинку стула. Его пальцы сомкнулись вокруг чашки с кофе так, что костяшки побелели.

— Этот дом был куплен как инвестиция фонда, к моим личным активам не относится.

— Их юристы утверждают обратное, ссылаясь на трастовые соглашения. Они намерены подать иск. И, кажется, нашли рычаги, чтобы инициировать налоговую проверку по сделке.

Артём положил трубку, не прощаясь. Его взгляд был устремлён в окно, но видел он явно не реку.

— Проблема? — спросила Вероника, уже зная ответ.

— Старая, точнее застарелая. Я ошибся, думая, что откупился от неё. Получается, что оставил лазейку. Теперь она решила ею воспользоваться.

Он встал, прошёлся по кухне. Его движения были сдержанными, энергия копилась внутри, как в пружине.

— Дом в Италии. Это будет долго, грязно и дорого. И привлечёт ненужное внимание к фонду в самый неподходящий момент — началась завершающая стадия переговоров по привлечению азиатских инвесторов.

Вероника наблюдала за Артёмом — он был собран, сдержан, как стратег оценивающий возможный урон из-за действий врага.

— Что будешь делать?