Книга Измена. Малыш от предателя, страница 19 – Влада Одинцова

Заканчиваю звонок и включаю беззвучный режим без вибрации. Вижу, что Рома тут же начинает перезванивать, но игнорирую это.

Больно и тяжело не ответить на звонок. Но еще больнее было видеть мужа с другой женщиной и понимать, что он уже не мой.

— Поссорились, да? — спрашивает Лена, и я слышу, как прогибается ее кровать, а потом — шарканье тапками по полу.

Она садится на мою кровать и поправляет волосы. У нее уже большой срок, живот кажется просто огромным, хоть она сама и не миниатюрная. Накрывает мою руку своей прохладной.

— Мой загулял, когда я тут оказалась, — признается она. — Меня сразу положили на недельку, все было нормально. Выписали, опять кровотечение, и врач сказал, что буду лежать до родов. Отпускают на выходные. Так я на седьмом месяце узнала, что он загулял. С соседкой, тварь такая.

— И что ты сделала?

— Ничего, — она пожала плечами. — А что я отсюда сделаю? Это наш третий ребенок, — она поглаживает живот. — Выйду с ним из роддома и прогоню этого кобелину нафиг. Зачем он мне такой? Будет гулять, а я — прощать? Не на ту нарвался. Мне всего тридцать два. Рожу своего кроху, побуду в декрете до детского сада, а потом выйду на работу. У родителей огород в селе, прокормимся как-нибудь. А ты что решила? Прощать будешь?

— Я только вчера увидела его с его… девушкой.

— С лярвой, — цедит Лена. — Девушкой таких существ назвать сложно.

— Кажется, она не знала о моем существовании.

— А, ну тогда, может, нормальная.

Я пожимаю одним плечом.

— Тебе теперь нельзя стрессовать, — кивает на мой живот. — Так что добро пожаловать на наш курорт. Наслаждайся и приготовься к страшным историям, если планируешь общаться с другими палатами. Но у нас тут правило. Хорроры сюда не приносить, ясно? Хватит того, что мы все тут с угрозами срыва. Так что только позитив и гребаные розовые пони.

Я улыбаюсь. Мне нравится Лена. Жестковата, но, кажется, открытая и добрая.

— Все, я пошла дочитаю главу книги и буду спать. Обход завтра рано. Карловна любит с самого утречка всех пощупать.

— Кто? — спрашиваю, когда Лена встает к моей кровати и, шаркая тапками, возвращается к своей.

— Завтра узнаешь. Классная тетка. Тонь, а это не твой там распинается?

Подняв голову, выхватываю в полумраке Лену, которая выглядывает в окно.

— Машина… — говорит она. — Бордовая, что ли.

Вскочив с кровати, тороплюсь к окну прямо в носках. Выглядываю. Действительно перед порогом приемного покоя стоит наша машина, а возле нее Рома, который что-то кричит, задрав голову вверх. Тут же из больницы вылетают два охранника и хватают его за руки.

— Ща скрутят твоего Ромео, — бросает Лена и идет на свою кровать.

А я прилипаю к окну и зажимаю рот руками, наблюдая за происходящим на улице.

Громилы отводят Рому к водительской двери. Он вырывается и отталкивает одного из них. Они о чем-то говорят. Судя по тому, как Рома взмахивает руками, на нервяке. А потом он бросает взгляд на здание и, сев в машину, отъезжает от роддома.

Я возвращаюсь к своей кровати, а уже через пять минут Ольга Степановна заносит передачу от Ромы — спортивную сумку, пакет и свернутое в рулон одеяло, а из него торчит…

На глаза наворачиваются слезы, когда я вижу, что из этого рулетика торчит лапка моего плюшевого медведя, которого Рома подарил мне на прошлую годовщину. С сожалением вспоминаю, что сегодня у нас первый семейный юбилей. Да уж, праздничек вышел.