Книга Эффект дикого зверя, страница 123 – Лэйн Аконит

— Будь осторожна, не рискуй, — шепчет она, ее голос звучит немного грустно.

Ада обнимает её в ответ и на прощание с усмешкой произносит.

— Не знаю, получится ли.

И не теряя ни минуты, она бросается в темную чащу леса, ее сердце бьется в бешеном ритме. Ей нужно как можно скорее догнать Лебедя и Сокола, прежде чем они наткнутся на какую- либо опасность. Она бежит, не оглядываясь назад, и в ее голове пульсирует лишь одна мысль: она должна попытаться уберечь своих друзей, чего бы ей это ни стоило.

Ада бежит сквозь темные джунгли, ее сердце колотится в груди, как заведенный моторчик. Ночь окутала всё вокруг, и единственным источником света служит тусклый лунный серп, едва пробивающийся сквозь густые кроны деревьев. Под ноги то и дело попадаются коварные ловушки, которые норовят заставить споткнуться. Пару раз она не удерживается, оступается и падает на колени, больно ударяясь ладонями о жесткую землю.

Но тут же вскакивает, продолжая бежать, но каждый звук в этой ночной тишине заставляет ее вздрагивать. Шорох листьев кажется шагами, а крик ночной птицы — зловещим воем. Появляется ощущение, что за ней кто-то следит, и этот страх, подобно холодной волне, накрывает ее с головой. Ада прижимает руки к груди, успокаивая бешено колотящееся сердце.

Внезапно раздается шорох, слишком громкий для кого-то маленького. Ада замирает, ее глаза расширяются от ужаса. Она представляет себе, как из темноты на неё бросается дикий зверь, и от этого образа ее сердце уходит в пятки. Она медленно отступает в сторону, хотя понимает, что уже успела себя выдать.

В следующее мгновение из кустов, словно молния, вылетает силуэт. Ада не успевает толком рассмотреть его, но видит, как в свете луны мелькает сталь. Она вскрикивает от ужаса, ее голос пронзает ночную тишину.

Но не успевает она прийти в себя, как в ответ раздается другой, мужской, тоже испуганный крик:

— А-а-а!

Ада застывает, словно громом пораженная. Перед ней стоит Сокол, его лицо перекошено от страха, а в руке он держит клинок, направленный прямо на нее. Они оба смотрят друг на друга, словно два испуганных зверя, застигнутые врасплох.

Мгновение замирания, наполненное тишиной, и вдруг Сокол, осознав, кто перед ним, меняется в лице. Его выражение ужаса мгновенно сменяется яростью, и он начинает кричать, как оглашенный.

— Какого хрена ты тут делаешь?! — недовольно орет он. — Ты что, совсем сдурела? Я чуть не зарезал тебя!

Он опускает клинок, но его руки все еще дрожат от волнения. Его грудь тяжело вздымается, а лицо искажено гневом.

— Я думал, что за нами кто-то охотится! — кричит он, его голос эхом разносится по джунглям. — Какого черта ты за нами увязалась?!

— Ну уж, извини, — ядовито цедит Ада. Сокол протягивает ей руку, помогая подняться. — А где Лебедь?

— Оставил в кустах, — поясняет он. — Я думал, что за нами охотится зверь, а не безумная девчонка. Ещё раз спрашиваю, что ты здесь делаешь?

— Помогаю.

— Никто не просил.

Ада фыркает.

— Меня не надо просить.

— Иди обратно.

— Это вряд ли. Я остаюсь, а у тебя нет выбора. Ты ведь не станешь терять времени, чтобы отвести меня обратно.

— Хер с тобой, — махнув рукой отвечает Сокол и раздвигает куст. — Стой здесь, я за Лебедем.

Ада неуверенно топчется на месте, покрываясь мурашками. Все-таки одной находиться здесь очень страшно.