Книга Эффект дикого зверя, страница 125 – Лэйн Аконит

— Вот и правильно.

— Ну, тогда... Я здесь за грехи отца, — произносит Лебедь, его голос звучит отстранённо.

Ада и Сокол вскидывают брови

— За грехи отца? Что это вообще значит?

— Нет-нет-нет, ты сказала назвать причину, потеряшка, не наглей.

— Ну и ладно, — с напускным равнодушием отвечает Ада, но в её душе неутоленный интерес.

— Ну, а ты, Сокол, что скажешь? — спрашивает Лебедь, толкая его локтем. — Давай же, мы ведь сказали.

— У меня нет цели, — коротко отвечает он, и его голос звучит сухо и холодно.

— Нет цели? — удивленно переспрашивает Ада, ее брови сдвигаются. — Да врешь ты все.

— Думаю, он не врет.

— Не может такого быть, — гнёт Ада свою линию.

— Может. Я пришел с надеждой, что меня убьют.

Лебедь, словно желая разрядить обстановку, пытается отшутиться:

— Ого, вот это понимаю мечты настоящего мужчины.

Его фраза, произнесенная таким равнодушным и усталым тоном, как будто это была обычная констатация факта, ударяет под дых.

Вопросы, один за другим, начинают рождаться в ее сознании, сплетаясь в запутанный клубок противоречий. А потом она понимает, почему он, наплевав на себя, защищает других, почему относится ко всему с таким равнодушием, будто ему плевать умрёт он или нет, почему он вместо того, чтобы бороться, пил в баре. Потому что он пришёл сюда, чтобы умереть.

Затем Аду ударяет очередное осознание, и она резко замирает, из-за чего Сокол впечатывается в её спину и ворчит. Но девушка не слушает его. Он пришёл сюда, чтобы умереть, но откуда он вообще знал, что здесь будет происходить? Правила были оглашены после того, как их заманили на корабль и отравили. До этого все думали, что это самая обычная игра. Но Сокол так не думал.

— Откуда ты знал?

— Чего? Говори яснее, принцесса.

— Ты хотел умереть, но откуда ты знал, что в этой игре тебе предоставится шанс? — Ада поворачивается к нему, но в темноте ночи не видит лица.

Повисает напряженное молчание, мужчина понимает, что проговорился.

— Я... — он замолкает.

— Ребят, может, пойдём дальше, — неуверенно прерывает их Лебедь, пытаясь остановить накал эмоций.

Ада поворачивается к нему, нахмурившись.

— Почему-то мне кажется, ты не удивлён.

Лебедь осекается.

Никто из них не собирается отвечать. Ада выдыхает через рот и скрипит зубами.

— Ладно, неважно. Нам нужно идти, — лучше она останется в неведении.

Повернувшись, чтобы продолжить путь, она замечает за кустами прошмыгнувшую тень и вскрикивает.

— Что случилось? — клинок Сокола наготове, он встаёт перед Адой, прикрывая её.

— Не знаю, — шепчет она. — Мне кажется я что-то видела.

— Может, это белка? — предполагает Лебедь.

— Ага, или Лев с Лисой.

— Я не знаю, — качает головой Ада. Сейчас ей уже кажется, что мозг просто поиздевалась над ней. — Может, я с ума схожу.

— Скоро к Лебедю присоединишься.

— Эй!

— Давайте ускоримся, — он подходит к Лебедю, кладя его руку к себе на плечо, ведь сам он идёт очень медленно. — Возьми клинок и иди впереди.

Ада дрожащими руками забирает клинок, сжимая его в руке, и вновь оглядывается, чувствуя на себе чей-то взгляд, а после торопится уйти с этого места.

Они стараются идти как можно скорее, но Лебедю становится все хуже и хуже, его тело лихорадит. В один момент он на мгновение теряет сознание, и если бы не крепкие руки Сокола, то он бы давно свалился. Они не знают, что делать, ведь из Лебедя уходят последние остатки жизненной силы. Рана начинает кровить, и ничего с этим сделать нельзя.