Онлайн книга «Кто чей сталкер?»
|
А теперь я снова в скафандре. И он жмет сильнее, чем раньше. Потому что теперь я знаю, как бывает иначе. Беру телефон. Открываю контакт Арса. Пустой диалог. Курсор мигает в строке ввода. Набираю: «Мне тебя не хватает.» Смотрю на эти четыре слова. Мигающий курсор. Белый экран. Стираю. Набираю снова: «Прости.» Одно слово. Простое. Честное. Стираю. Кладу телефон экраном вниз. Отворачиваюсь к стене. Конечно, он решил, что я — такая же. Что как и все начала нашу историю специально, ради его денег. Еще одна, которая подобралась поближе ради чего-то. Вышла на них целенаправленно. Разыграла «случайное» знакомство… Конечно. Я бы тоже так решила. И от этого — еще больнее. Потому что я понимаю. Понимаю его злость, его молчание, его удаленные сообщения. Понимаю — и не могу ничего сделать. Закрываю глаза. Тишина. Привыкай, Синичка. 38 глава Вторая неделя молчания. Я считаю дни — как заключенная в дурацком фильме, где все катится к черту, и все это видят, кроме нее. В среду не выдерживаю. Задняя парта, культурология, препод бубнит про Возрождение — а я смотрю на телефон между тетрадкой и пеналом и думаю: может, позвонить? Еще раз попробовать? Я бы давно отстала, если б понимала, что сделала не так. Но я понятия не имею, что случилось. Дожидаюсь перерыва. Нахожу угол у окна — подальше от всех. Пальцы подрагивают, когда открываю контакт Артема. Гудок. Еще один. Еще. Сброс. Не «абонент недоступен». Сброс — на третьем гудке. Он видел, что звоню. Взял телефон. И нажал красную кнопку. Набираю Арса. Пять гудков — «абонент не отвечает». Набираю снова. Два гудка. Сброс. Вот и ответ. Прислоняюсь лбом к стеклу. За окном — двор, парковка, студенты. Нормальная среда. Солнце светит — нагло, будто издевается. Телефон вибрирует. Сердце подскакивает — но на экране мама. «Ты на паре?» «Да.» «Во сколько заканчиваешь?» «В 17:30.» «Жду к 18:00. Не задерживайся.» Утренняя проверка, дневная, вечерняя. Как будто я заключенная, а не ее дочь. Убираю телефон. Иду на пару. Лиза ловит мой взгляд. — Звонила им? — одними губами. Киваю. — И? Качаю головой. Она сжимает мою руку под столом. Молча — потому что слова кончились. В четверг я делаю глупость. Знаю, что глупость. Понимаю всеми частями мозга, включая те, что отвечают за инстинкт самосохранения. Но есть предел, за которым разум выключается, а включается что-то отчаянное и тупое. Артем по четвергам заканчивает в три. Выходит через центральный, идет на парковку, садится в машину. Моя пара — до половины четвертого. Извиняюсь перед преподом — «плохо себя чувствую». Это даже не вранье. Мне плохо уже две недели. Парковка полупустая. Серый Фольксваген — в дальнем углу, под березой. Он внутри, смотрит в телефон. Спокойный такой… Иду к машине. Ноги ватные, сердце где-то в горле. Подойду. Постучу. Скажу — не знаю что. Но молчать больше не могу. Стучу. Артем поднимает голову. Видит меня. Лицо каменеет на глазах и я поджимаю губы. Опускает окно. — Ника? — Пять минут, — говорю, и голос не дрожит, хотя внутри — все дрожит. — Просто дай мне пять минут. Смотрит молча. Ни злости, ни обиды, ни того мягкого взгляда, к которому я привыкла. Пустота от Артема — страшнее крика от кого угодно. — Я хочу объяснить. — Объяснить что? И по голосу, по тому, как держит руки на руле, хотя машина не заведена, — понимаю: он знает. Все знает. |