Книга Бывшая будущая жена офицера, страница 12 – Елизавета Найт

Господи, что это за лицо?

В очередной раз сердце болезненно сжимается.

Сейчас оно грубое, суровое, совершенно не такое, каким я его привыкла видеть. Подбородок, скулы и щеки покрывает густая тёмная щетина, делая мужа старше и опаснее.

Слишком ярко и лихорадочно в этой темноте горят глаза Паши. Я чувствую на себе его тяжёлый взгляд. А в нём — холод, злость, какая-то тупая отчаянная боль.

И больше ничего. Нет в родных глазах ни сожаления, ни мук совести, ни былой нежности, ни отголосков любви.

Это совершенно чужой, безжизненный взгляд.

— Что ты здесь делаешь? — отмахиваюсь от подступающей паники.

Нельзя бояться. Нельзя показывать свой страх.

Только не таким, как Паша. Он зверь по натуре.

Бежишь? Догоняет. Боишься? Станешь жертвой!

— Я? — он недобро ухмыляется. — Вернулся домой. Встречай меня, жена!

Бросаю взгляд на тощую спортивную сумку, которую сама собирала три дня назад мужу в госпиталь.

Неужели выписали?

— Здесь нет больше ничего твоего, — отсекаю жёстко.

Павел хмурится, сжимает до боли мои плечи и заглядывает в неплотно прикрытую дверь.

Его лицо моментально темнеет, глаза наливаются кровью.

Ногой со всей силы он толкает старенькую деревянную дверь. Она с грохотом ударяется о стену, отскакивает и летит обратно.

— Решила от меня избавиться? Не выйдет, Лера! Не выйдет! Эта квартира записана на меня! Я не собираюсь двигаться и облегчать тебе жизнь!

— Что? — мои брови взлетают вверх. — Что ты несёшь, Паш? Я решила избавиться? Ты себя вообще слышишь? Да я с тебя сегодня шмару какую-то сняла! Я! Понимаешь? Это ты решил избавиться от меня и Дениски! Но я не гордая! Я уйду в сторону, развлекайся, на здоровье! Нам только с сыном не мешай! И про защиту не забывай, а то мало ли с каким букетом твоя шмара! А теперь дай пройти!

Я дёргаюсь в его руках.

Но он держит крепко.

С силой впечатывает меня в подъездную стену. Да так, что у меня мошки перед глазами мелькают. Морщусь. Но всё равно шиплю.

— Пусти по-хорошему, Ваулин. Не доводи меня! Иначе я всю часть на уши подниму, — скорее всего, я блефую.

На задворках моего сознания всё ещё теплится надежда разойтись мирно. Поделить совместно нажитое и не травмировать маленького сына.

Бывает. Люди сходятся и расходятся. Главное, сделать это мирно.

— Не доводить тебя? Нашу идеальную медсестричку Леру? — недобро скалится Паша. — Часть на уши поставишь? Или защитника своего? Конечно, я теперь стал не нужен! Поднял, приласкал, обеспечил, а теперь на хрен с пляжа?

— Ваулин, уймись! О чём ты вообще?! Я тебя не понимаю! Ты стрелки с себя не переводи! Не я, а ты изменил мне! Не я, а ты растоптал наш брак, нашу семью, будущее нашего сына!

— Заткнись! — огромный кулак впечатывается в стену рядом с моей головой.

Внутренности сжимаются, а острые когти страха царапают сердце. Если бы этот кулак впечатался в моё лицо, я бы не перенесла такого удара.

— Заткнись! Не строй из себя овцу! Ты думаешь, я белый и пушистый мишка и буду проглатывать всё, что ты мне подсунешь? Милая и добрая жёнушка, дом — полная чаша, сынок, да? А ты ничего не попутала? Не думаешь, что шмара здесь только одна? И это ты!

Его взгляд становится по-настоящему безумным.

— Я не понимаю, о чём ты, — вздёргиваю подбородок. — Уж я тебе точно не изменяла!

— Но и не любила! Никогда! А? Скажешь не так?