Книга Бывшая будущая жена офицера, страница 50 – Елизавета Найт

Откидываю в сторону остатки снега и стираю с подбородка ледяные капли. И зачем-то снова смотрю на чёртово окно.

И Лерка не уходит. Стоит и смотрит на меня своими бездонными глазами. И нет в них ненависти, но есть тревога и страх.

Осталось только разобраться, страх за меня или за Ваулина.

— Размялся? — посмеивается Серёга у двери подъезда.

— Пожалуй, немного, — я усмехаюсь.

А друг сторонится, пропуская меня в подъезд.

— Пойдём, по кружечке «чайку» бахнем и спать, нам завтра на службу! — он хлопает меня по спине.

— Погодь! — я останавливаюсь на лестничной клетке и смотрю на выломанную дверь.

Блин. Я думал, что успел вытолкать Ваулина до того, как он снёс дверь. Оказывается, не успел.

Перешагиваю валяющийся на полу огромный букет из тёмно-бордовых роз.

Идиот! Лерка любит розовые или чайные. Он что за столько лет выучить не смог?

Толкаю дверь.

— Андрюха, ты куда? Твоя квартира слева...

— Отвали, Серёг! — злюсь я и громко стучу по уже открытой двери. — Лера, я захожу!

Ответом мне служит тишина и лёгкий шорох из комнаты.

Не раздумывая, направляюсь туда и застаю...

Лерку! Мою Лерку в смешной ночной пижаме, с рассыпавшимися по плечам длинными светлыми волосами и... закрывающую от меня ТРОИХ ДЕТЕЙ!

Троих маленьких пацанов мал мала меньше!

Я судорожно сглатываю, разглядывая трёх притихших малышей. Двое старших — точная копия друг друга, тот, что помладше сильнее всех жмётся к ноге матери и смотрит на меня огромными бездонными глазами.

— Это все твои? — вырывается у меня.

— Что? — переспрашиваю я моргая.

У Андрея такое странное выражение лица, растерянное и решительное одновременно.

А ещё он не одет.

Как был без футболки, так и вылетел из квартиры или откуда там он вылетел.

И сейчас стоит посередине моей комнаты с обнажённым торсом.

Я очень стараюсь смотреть ему в глаза.

Но не могу!

Взгляд постоянно соскальзывает ниже.

Твою мать, Исаев, неужели ты не мог прикрыться?!

Как можно оторвать взгляд от практически совершенного тренированного тела? Под смуглой кожей при каждом движении перекатываются стальные мышцы, упругие жгуты вен сетью оплетают предплечья и переходят на плечо, огромные кулаки яростно сжимаются...

— Я говорю, это все твои?

Гулко сглатываю.

— Мои? А, ты про мальчишек? — я почему-то отчаянно краснею. — Нет, Дениска мой сын. Тима и Ваня — сыновья Юли, моей подруги.

Прижимаю Дениса к себе, а мальчишек Юли глажу по голове, треплю по волосам.

— А где она сама? — из-за спины Исаева выступает тот самый подполковник, которого я видела в штабе. Только сейчас он, как и Исаев, одет в свободные спортивные штаны и, слава богам, в футболку.

Мужчина недовольно хмурится, оглядывая нашу компанию, бросает взгляд на кружки с молоком, печенья и ноутбук.

— Что это за мать?.. — продолжает он.

Андрей не вмешивается, а меня почему-то злит этот мужчина и его отношение к Юли. Пришёл, не спросил, кто, где и сразу стал наезжать! Мать ему не такая. Да Юля — лучшая мать, которую я знаю.

— Юля — мать-одиночка и прямо сейчас она закрывает двумя руками все бреши в недостатке кадров в медпункте на суточном дежурстве. А если не повезёт, этими же руками кого-то из солдат за уши из курилки вытаскивает. Вам бы, товарищ подполковник, разъяснительную беседу с бойцами провести стоило, а не к Юли цепляться!