Книга Покровитель для оторвы, страница 45 – Елизавета Найт

— Что это? — идеальные брови «бабули» ползут вверх.

— Послание, — лепечет девушка.

В ответ она получает настолько надменный и уничтожающий взгляд, что снова пятится.

Нелли Эдуардовна быстро вскрывает конверт и достает сложенный вдвое лист.

Осторожно наблюдаю, как по строчкам скользит ее взгляд, как меняется выражение ее лица. Удивление сменяется гневом, а после отчаяньем.

— Он что? — восклицает она в середине письма.

— Ну и дурак, — такими словами она заканчивает чтение письма. Резко его сворачивает и запихивает в карман брюк.

Скрежет деревянных ножек по дорогой итальянской плитке, стук каблуков и вот в столовой я остаюсь одна.

Что же такого написал в своей записке Дима, что «бабуля» даже на меня забыла посмотреть?

Я совсем не уверена в том, что было в той записке.

Но несомненно одно. Дима уехал!

Куда?

Я не знаю. Да мне и плевать.

Пусть остается там подольше.

А вот «бабуля» стала просто невыносимой.

День грандиозного праздника, посвященного ее юбилею, приближается. И чем он ближе, тем она требовательнее и раздражительнее.

Последние несколько дней проходят в суете и постоянных спорах.

— Сегодня мы едем забирать твое платье, Екатерина, — заявляет она мне за завтраком.

— Мое платье? — я пытаюсь вспомнить, какое же «мы» выбрали для ее юбилея. И в голове у меня среди вороха различных тряпок, что я перемерила за последние несколько дней, вообще ничего не вырисовывается.

— Да, его должны были подогнать под твою фигуру.

А, да, было что-то такое.

— Еще у нас сегодня по плану туфли для тебя! — она делает маленький глоток кофе из практически кукольной чашечки.

— О, — закатываю глаза. — Лучше убейте меня сразу.

— Екатерина! — ее голос звенит от гнева.

— А я что? Вы пробовали найти туфли на каблуке на тридцать четвертый размер?

— Нет.

— А я пробовала. Не однократно! — без запинки произношу любимое ее выражение. — И повторяю, убейте меня сразу.

— Екатерина, ты меня недооцениваешь, — отрезает «бабуля».

И остаток завтрака проходит в молчании.

Да, я ее недооценила и очень сильно.

Начали с одного из напыщенных магазинов с одеждой. Где продавщицы сначала оценивают твой внешний вид и только потом решают, стоит с тобой разговаривать или нет.

— Великолепно, — Нелли Эдуардовна обходит меня, оценивающе оглядывая мою фигуру в безумно дорогом платье.

Теперь я его вспомнила.

Это практически вторая кожа, а не платье. Дорогая, блестящая вторая кожа.

Что в нем было ушивать, не представляю!

Глубокий вырез на груди открывает соблазнительный вид на ложбинку между грудей.

Струящаяся тонкая ткань облегает мое тело, каждый изгиб.

По бедру вверх ползет глубокий разрез.

Мне даже здесь стоять в нем стыдно. Что я буду делать на празднике?

Но бабуля как будто не видит проблемы.

— Отлично, — она в очередной раз обходит меня по кругу.

— А другого нет, ну с рукавами и воротом? — я оборачиваюсь к одной из продавщиц. Читаю на ее лице священный ужас.

— Перестань, Екатерина, платье тебе очень идет, — Нелли Эдуардовна улыбается уголками губ.

Что? Да я за все время, что гощу у них, не видела ее улыбки.

— Оно очень выгодно подчеркивает достоинства твоей фигуры…

— И скрывает недостатки, — вмешивается продавщица.

За что тут же получает ледяной взгляд, полный презрения.

— Девушка, вам что, больше заняться нечем? — холодно отчитывает «бабуля» девушку.