Книга Дважды два (не) равно четыре, страница 45 – Катя Хеппи

— Ты не в меня влюбился, а в то, что я копия Аси…

— Не в Асе дело, — пододвигается ближе. — Насть, я не спорю, что я тебя впервые поцеловал, потому что перепутал. Но на этом всё. Ты как только рот свой открыла, всё сходство в миг исчезло. Я ж только и думал об том, чтобы твой рот поцелуем прикрыть. Ты ж язвила вечно, характер демонстрировала. Помнишь, как было. Ты шипишь, я целую. Мы ж первые месяцы с кровати не вылезали. Всё притирались друг другу. А потом как-то само собой начали понимать друг друга с полу слова. Я ж с далека видел, что ты не в духе, подходил и целовал. Может разговаривать надо было. Может и тайн было бы меньше. А то мы вместе были. Чувствовали друг друга, как никого другого, а проблемы замалчивали.

— Зверюга? — перебиваю. Понимаю, что прав. Сама так же делала. Не рассказывала. Не спрашивала. Вопросы и ответы, тепло и защиту в объятиях искала. — Я хочу кое-что спросить. Только мне нужно, чтобы ты ответил честно.

— Хорошо. — улыбается удивленно.

— Если мы я не была на Асю похожа, у нас вообще было бы что-то.

— Не знаю. Я не планировал отношения с девушками тогда. Смотрел на всех сквозь пальцы. А тебя бы вообще стороной обошел. Недолюбливал я самодовольных богатых куколок. А ты внешне такой и была. Это я уже потом узнал, что ты…

— Так вот что, Зверюга! Вали отсюда.

Вот и поговорили честно. Не готова я к честным разговорам.

Стас

Никуда, понятное дело, я не ушел.

После выписки отвёз Настю на квартиру к Роме. Друг всё равно тусовался в особняке отца. На работе отпуск взял, чтобы за ней присматривать. Только она особо не позволяла. Прям какой-то новой функцией обзавелась — «сама». Готовит сама, посуду моет сама, в душ сама… И всё прыгая на одной ноге… Костыли она так и не освоила.

Когда через полтора месяца нога восстановилась, вернулись в общагу в соседние комнаты.

И вот тут меня не замечать стали. Раньше увидит меня в универе и сразу в объятия несется. Сейчас же стою рядом, а она даже голову в мою сторону не поворачивает. С одногруппником лебезит. И мало мне парней универовских, которые ее красные платья с нее глазами снимали. Так и на работе одни мужики. Настя устроилась в небольшую фирму по производству мебели бухгалтером. Ей, как ни странно, нравилось, а меня нервировало. Вообще эта ее самостоятельность и независимость бесила.

А то, что она так и не согласилась стать снова моей девушкой, рубило мою уверенность на корню. Она ни с кем другим не встречалась, но и мне не давала шанса.

И уже несколько месяцев.

Так и жили.

Сегодня спим вместе. Завтра вместе гуляем в парке. А между этим:

— Свободен, Зверюга.

Или…

— Зверюга, лапы убери.

Настя

— Вот же ты гад, Зверюга. Говорила же тебе лапы от меня убери, — вздрогнула я, понимая, что мы проспали.

После утреннего секса меня снова разморило, и я уснула. Разбудил меня яркий солнечный свет, который не словить в моей общажной комнате.

Стас спал рядом, не реагируя на мои слова. Выпуталась из его объятий и поползла к краю кровати.

— Куда собралась? — услышала за спиной сонный голос.

— Подальше от тебя, — гремлю гневно. — Мне нужно на работу документы отвезти, а потом еще дедушку в аэропорту встретить.

— Ясно. Только, Царёва, подальше от меня не получится. Задолбался я за тобой уже бегать.