Книга Игра. P. S, страница 94 – Катя Хеппи

В небесных глазах Ромы гроза, вспышки которой опаляют меня. Мне неловко и одновременно тягуче сладко от его взгляда, блуждающего по моему телу. Чувствую себя желанной, любимой, нужной и счастливой. Страсть вперемешку с нежностью разливается по телу.

И стоит только ему прикоснуться, как прибивает разрядом.

Остро, уверенно, метко.

Хорошо, терпко, пьяняще.

Хочу, чтобы Рома чувствовал то же, что и я.

Его руки отодвигают ворот халата, обнажая ключицы. Мои робко скользят от предплечья к плечу и застывают на груди. Не могу отвести глаз. Мужественный. Уверенный. Мой.

Эмоции захлёстывают, нагоняя полуобморочное состояние. Пугающе…

Но я не хочу останавливаться.

Мне хорошо. Потому что с ним.

Отключаю мозг и концентрируюсь только на ощущениях. Хочу получить обещанное удовольствие и попробовать подарить его Роме…

— Бельчонок, на тебе слишком много одежды, — шепчет, щекоча рваным дыханием кожу на шее.

Хихикаю.

Много?

На мне лишь чулки, полупрозрачное белье и халат, который держится на мне только благодаря крепко завязанному поясу.

— Не одевай это больше… — говорит, стягивая чулки.

А я вздрагиваю от его касания ко внутренней стороне бедра, когда он поддевает резинку чулок.

— Тебе не нравится?

— Бельчонок, ты красива и в чулках, и без. Но я хочу прикасаться к тебе, а не к даже такому тонкому материалу. Я хочу чувствовать каждый миллиметр твоей кожи под своими пальцами. Под губами. Под языком…

На последних словах Рома освобождает ногу от чулка. Приподнимает ее к губам и осыпает невесомыми вызывающими дрожь поцелуями. Ступня. Щиколотка. Поцелуй за поцелуем. Колено. И…ооо, Боже,… Язык, который влажно скользит по моему бедру.

— Вот так, Бельчонок. Люблю мурашки на твоей коже. Эта реакция на мои поцелуи бесценна…

Прикусывает кожу, а я неконтролируемо свожу ноги и вцепляю пальцы в его волосы.

— Бельчонок, тебя будет легче, если ты не будешь сдерживать себя…Ты можешь стонать, рычать и кусаться…

И еще один укус, который выбивает воздух из лёгких.

Прогибаюсь в спине и откидываюсь голову назад, подставляя себя под поцелуи, которые поднимаются выше от ног к груди.

Завязки развязаны, шелковых халат сам скользит вниз по трепещущему телу. Холодно и горячо. А еще больно. Потому что Рома не касается, а лишь смотрит. Но его взгляд и дыхание чувствуются сейчас совсем иначе, чем раньше. Ярко. Жгуче. Предвкушающее.

— Ты очень красивая. Идеальная. Моя и только для меня.

— И ты идеальный. Только болтливый. Ветров, давай целоваться, а не болтать, — улыбаюсь я.

Меня смущают его откровенные фразы.

— Нахалка, — ухмыляется и дергает меня на себя. — Ты сама нажала на спусковой крючок, Богданова.

Поцелуи на губах, щеках, шее, плече. Я не отвечаю. Только принимаю их. Потому что уже знаю, что не поспею, не справлюсь с напором и жаждой этого парня.

Но это лишь короткий дикий порыв. Роме нужно несколько минут, чтобы немного насытиться, и он вернется к моим губам нежным, спокойным поцелуем. Позволит целовать так, как хочу я. Ласково, неспешно, переплетая и посасывая наши языки, не глубоко, всезаполняюще.

И пока я увлечена поцелуем, Рома занят одеждой, а точнее ее ликвидацией. И вот на мне одни трусики, а на нем ничего. Осознание этого вызывает водоворот противоречивых эмоций. Хочется рассмотреть его, прикоснуться. Хочется прикрыться, спрятаться.