Книга Шестеро на одного, страница 29 – Каролина Куликова

— Я не возьму ее. Это… это как оплата за то, что произошло в этой комнате.

Руслан резко перехватывает мою руку и силой вкладывает карту в ладонь, сжимая мои пальцы.

— Не применяй ко мне свои мерки, малая. Ценные кадры получают содержание, чтобы не отвлекаться на мытье посуды. Если хочешь вернуть эти деньги — учись так, чтобы завтра найти в договоре не одну ошибку, а десять.

Он наклоняется к моему уху, обжигая дыханием.

— И не забудь про каблуки. Завтра они тебе понадобятся, когда будешь объяснять мне тонкости арбитражного процесса. Свободна.

Весь следующий день я провела в библиотеке, обложившись кодексами и комментариями. Но перед глазами стояли не статьи, а блеск его глаз и ощущение его пальцев на моем бедре.

Я искала лазейки в арбитражном процессе с такой одержимостью, будто от этого зависела моя жизнь. На самом деле — зависело нечто иное. Мое право не быть «малой».

К восьми вечера водитель довозит меня до знакомых ворот.

Вхожу в его кабинет без стука. Руслан сидит за столом, в полумраке горит лишь настольная лампа. Он не поднимает головы, но я слышу, как меняется ритм его дыхания.

Специально замедляю шаг. Цокот моих новых шпилек по полу звучит как отсчет перед взрывом.

На мне — снова короткое черное платье, но сегодня я дополнила его чулками. Я знаю, что он это заметит. Он все замечает.

— Привет, Рита, — роняет он. — Как дела? Тонкости арбитража изучены?

— Да, Руслан, — я останавливаюсь у самого стола, опираясь на него ладонями и слегка наклоняясь вперед. Вырез платья опасно натягивается. — Я нашла семь способов затянуть процесс по твоему складу на полтора года. И три способа признать сделку ничтожной при определенных условиях. Хочешь послушать?

Руслан медленно поднимает взгляд. Его глаза сканируют меня, задерживаясь на губах, а затем опускаются ниже.

— Послушаю, — он откидывается на спинку кресла, скрещивая руки на груди.

Начинаю говорить. Мой голос звучит ровно, я сыплю терминами, статьями и прецедентами. Объясняю ему логику маневров, как он учил — читая между строк.

Вижу, как он внимательно слушает, но его взгляд становится все тяжелее. Я не просто отвечаю урок — я веду свою охоту.

Обхожу стол, оказываясь за его спиной. Мои пальцы легко, почти невесомо, касаются его плеч. Продолжаю свою речь.

— Перечисленное позволяет оставить иск без рассмотрения, если не соблюден указанный там порядок... — шепчу я ему прямо в затылок, чувствуя жар его кожи. — Но ты ведь не об этом сейчас думаешь, Рус?

Рус медленно, почти лениво перехватывает мою ладонь, накрывая ее своей. Его кожа сухая и горячая. Он не спеша разворачивает кресло, не выпуская моей руки, и плавно притягивает меня к себе.

Я оказываюсь у него на коленях. Его ладонь ложится мне на бедро, пальцы сжимают ощутимо, на грани боли, под звук моего легкого стона.

— Ты права, Рита. Я думаю совсем о другом, — его голос звучит низко, с вязкой, бархатной хрипотцой. — О том, что тебе очень идет быть умной. Заводит не менее сильно, чем это.

Он придвигается ближе, обжигая мое ухо дыханием, ведет рукой по вырезу платья, еле касаясь нежной кожи, вызывая во мне мгновенный отклик внизу живота.

Это так просто и...приятно. Другая рука тоже не отлынивает. По моей спине, от затылка до поясницы, с нажимом.

У него большие ладони. И он знает, что нужно ими делать. Простые плавные движения даже по такой, прямо скажем, не самой чувствительной зоне, как спина, погружают меня в предвкушение дальнейшего.