Книга Хвостатые сводники. Это война, сосед!, страница 16 – Лана Светлая

Я стою, колеблюсь ровно две секунды. Потом вздыхаю, сдавленно матерясь.

— Катя, — бурчу себе под нос, делая шаг вперёд, — ты взрослая женщина, которая не врывается в чужие дома. Ты просто… аккуратно заходишь и забираешь своего енота.

Захожу в дом.

В нём тепло и тихо. Подозрительно тихо.

— Марк! — я на всякий случай ещё раз пробую позвать погромче, но теперь уже имея в виду соседа. — Вы здесь?

Ответа нет. Я так понимаю, что мужчины всё-таки нет дома.

И тут мелькает крамольная мысль.

Я же могу сделать так, что сосед и не узнает, что мы с Маркушей вторглись в его жилище. Сейчас по-быстрому найду свою животинку (скотинку такую!) и свалю отсюда.

Иду дальше, заглядываю в одну комнату, потом в другую.

— Марк! — шепчу уже тише. — Если вы здесь, я не кусаюсь, — не иначе как на нервной почве шепчу этот бред. — Только саркастично разговариваю сама с собой.

И тут слышу шорох.

— Ага! Попался.

Маркуша обнаруживается в комнате, которая смахивает на гостиную. И роется, зараза такая, в каком-то ящике, делая вид, что ищет смысл жизни.

— Ты… — наклоняюсь к нему, — ты вообще понимаешь, что творишь?

Енот поднимает на меня взгляд. В нём абсолютное счастье.

Ну ещё бы. Столько новых вещей, которые можно перепотрошить.

— Домой, — строго говорю я. — Немедленно! Пока нас тут не застукали.

Беру его на руки, разворачиваюсь и несусь по тому же пути, что шла сюда.

Добегаю до самой последней двери, ведущей на веранду, открываю её и…

И ровно в этот момент утыкаюсь носом в кого-то.

Твёрдо так. Надёжно.

— Ой! — на автомате ляпаю вслух, после чего поднимаю глаза.

Марк.

— Ой… — повторяю уже менее уверенно.

Мужчина смотрит на меня сверху вниз. Потом на енота у меня в руках.

Снова переводя взгляд на моё испуганное лицо, хмурится.

— Это… недоразумение, — быстро лепечу я, приступая к объяснениям. — Он сбежал и зашёл к вам в дом. Я кричала, клянусь. Но вы не отвечали и я....

— Теперь понятно, откуда у вашего енота замашки домушника, — сухо говорит он. — Он просто берёт пример с хозяйки.

Как бы ни хотелось огрызнуться, но проглатываю оскорбление.

Косячнула сейчас реально я. И нехило так.

— Я сейчас уйду, — обещаю, мрачно смотря на его хмурое лицо. — Прямо сейчас. С енотом и без вашего котёнка.

Мне ничего не отвечают.

И тут соображаю, насколько близко мы находимся друг от друга. Я бы сказала… слишком близко.

Смотрим друг на друга и молчим. Воздух между нами вдруг становится странно плотным.

В эту секунду Маркуша фыркает. И это приводит не только меня, но и мужчину в чувство.

Кашлянув, он отступает и позволяет мне выйти из дома.

Рванув в сторону выхода с веранды, всё-таки останавливаюсь в дверях и, обернувшись, сдавленно произношу:

— Простите, что вошла в ваш дом без спроса.

После чего делаю шаг вперёд и, стараясь выглядеть максимально достойно, выхожу на улицу.

Только у себя дома позволяю себе выдохнуть.

— Всё, больше никаких прогулок без поводка! — бурчу я, опуская Маркушу на пол. — Понял, преступная и наглая ты морда?!

Маркуша фырчит и направляется в зал, мотнув в воздухе своим пушистым хвостом.

Ага, ты мне ещё оскорбись!

— И не смей трогать ёлку! — кричу ему вслед, скидывая пуховик.

Так, надо успокоить свои нервы.

Я привезла с собой две бутылки шампусика. Думала, одну открою завтра, провожая старый год и встречая новый. А вторую взяла на случай, если сестра всё-таки заявится на новогодних каникулах.