Книга Муж моей подруги, страница 10 – Мила Младова

Здесь я не могу уединиться, спрятаться от посторонних глаз. Здесь меня постоянно преследует желание что-то изменить, сделать что-то… дикое.

Что бы я ни хотела сделать, я не могу осуществить это здесь, где могут увидеть соседи. Я люблю нашу жизнь тут, но иногда меня угнетает тот факт, что я должна быть примерной матерью, женой, сотрудницей, подругой. По мере того как я становлюсь старше, это чувство ответственности все больше давит на меня. И оно очень меня тревожит. Я как будто просто ношу на себе эту маску сотканную из приличий, но внутри меня бушует пламя страстей.

И только Кира Степанова знает об этом.

Если бы меня спросили, кто знает меня лучше всех, я бы, конечно, назвала Максима. Мы женаты пятнадцать лет. Он видел меня в разных ситуациях. У нас двое детей.

Но Кира увидела скрытую сторону меня, ту, о которой Максим не знает. Дикую сторону. Именно Кира всегда подстрекала меня наслаждаться той толикой порочности, которая осталась в моем стареющем ответственном теле. Конечно, я отплатила ей тем же.

Однако ни Кира, ни Максим не знают обо мне всего. У меня есть несколько секретов от них обоих. Например, я не говорила им, что меня зовут на работу. Кира точно будет уговаривать меня согласиться. И, независимо от того, соглашусь я на эту работу или нет, она поймет. Во многих отношениях она понимает меня больше, чем Максим. Но как долго я смогу продолжать лгать ради нее?

Лето 2010 года

В тот первый год в Краснодаре Максим практически жил в редакции. Я все понимала. И в целом я была довольна, вила свое гнездышко, писала статьи, когда Максим нуждался в моей помощи, и при этом у меня было достаточно времени, чтобы до безумия любить своего дорого птенчика.

Тем летом Максим был судьей футбольного матча, организованного газетой для детей сотрудников. Я подумала, что Рите было бы интересно понаблюдать за своим отцом, а для меня было за счастье просто выйти из дома. Я надела летнее платье в цветочек, а Риту нарядила в желтый спортивный костюм. Для своей любимой куклы Даши она тоже подобрала желтый наряд.

— Ну что, Солнышко? Поехали? — сказала я Рите.

— Ну что, Солнышко? Поехали? — сказала Рита Даше.

Когда мы доехали до стадиона, и я вынесла ее на руках из автобуса, она начала извиваться, настаивая на том, чтобы идти пешком. Когда мы приблизились к трибунам, мое сердце воспрянуло при виде широкого зеленого поля под безоблачным голубым небом.

— Видишь папу? — воскликнула я, указывая на Максима. — Он стоит у забора.

— Видишь папу? — спросила Рита у своей куклы. — Помаши папе, Даша.

— Рита!

Маша, одна из подружек моей дочери, заметила ее, подбежала к нам и повела ее к группе маленьких девочек. Я присоединилась к матери Маши.

— Я хотела, чтобы Рита посмотрела на папу в роли судьи.

Ленка улыбнулась.

— А я подумала, что Маша захочет поболеть за Игоря. — Она кивнула в сторону своего девятилетнего сына, бегающего по зеленому газону. — Всякий раз, когда народ аплодирует, она кричит «Вперед, Игорь!», даже когда забивает другая команда.

Я рассмеялась.

— Они, наверное, слишком маленькие. Ну хотя бы погреются на солнышке!

Я села на трибуну и оперлась локтями о колени. Максим не видел меня, он был сконцентрирован на игре.

— Давай, Мишка! Ты сможешь — Женщина рядом со мной кричала так сильно, что ее голос стал хриплым. — Извините, что я так кричу, — сказала она мне. — Я ничего не могу с собой поделать.