Книга Муж моей подруги, страница 70 – Мила Младова

Я обожаю осенние утра: я могу насладиться одиночеством и заняться своими делами. Но теперь все по-другому, я осталась без детей, которые в последнее время защищали меня от моих мыслей.

Я наливаю себе кофе. С тех пор как я вернулась домой, я разобрала почту и сделала все неотложные дела, но еще не звонила Андрею Махневу; мои мысли путаются всякий раз, когда я обдумываю его предложение. Меня переполняет беспокойство. Как будто приближается шторм. Как будто на нас надвигаются черные тучи. Я хочу заколотить окна, запереть двери на засов и спрятать свою семью в глубине дома.

Но, к сожалению, я та, кто вызвала бурю. Я принесла опасность в жизнь моей семьи.

Раздается звонок в дверь.

— Володя! — мое сердце замирает. — Входи.

Он тщательно стряхивает капли дождя со своего пиджака и заходит в прихожую.

Он выглядит таким серьезным в своем красивом сером костюме и черных кожаных туфлях. Я в спортивных штанах и свободной голубой футболке, как оборванка рядом с ним.

Мое сердце колотится. Я веду его в гостиную.

— Не хочешь присесть?

Он садится. Мы смотрим друг на друга.

— Результаты теста оказались положительными.

Я облизываю губы.

— Я носитель гена.

Я чувствую, что сильно краснею с головы до ног, как будто только что, прямо сейчас, меня застукали за каким-то постыдным поступком.

— Понятно.

— Результаты Максима еще не пришли?

— Я не знаю. Он не хочет со мной разговаривать.

— Кажется маловероятным, что он тоже окажется носителем гена.

— Это маловероятно, но не невозможно.

— Кира съехала из дома. Она живет у Кирилла. Она разговаривает с детьми по телефону, но не видела их уже две недели. Мне пришлось самому собирать их к школе.

— Кирилл умирает, Володя. Это не будет длиться вечно.

— Да, что ж, когда он умрет, я уверен, она возьмется за какое-нибудь другое безнадежное дело.

— Почему это тебя так злит? Кира делает очень важное дело. Этим людям очень нужна ее помощь.

Володя не торопится, обдумывая мой вопрос.

— Я полагаю, это злит меня, потому что она нуждается в них так же сильно, как они нуждаются в ней. У нее есть муж, прекрасные дети. Что еще нужно для счастья? Но она хочет быть матерью Терезой. — Он проводит руками по своим светлым волосам. — Как будто нас ей недостаточно.

— Возможно, нам всем всегда чего-то недостает в жизни. Мы все такие сложные...

— Я хочу, чтобы ты рассказала мне о ее изменах.

— Да брось, какое это может иметь значение сейчас?

— Я думаю, это очень важно. — Володя наклоняется ко мне, пристально глядя на меня своими голубыми глазами. — Юля. Если у нее были романы, интрижки, то это заставит меня чувствовать себя менее виноватым, но, что еще более важно, это признак того, что наш брак не такой крепкий, не такой полноценный, как я считал. Это значит, что ты и я...

Я встаю.

— Не делай этого, Володя. — Меня трясет, и я крепко обхватываю себя руками. — Хватит того, что я сделала с Ваней, с Максимом, со всеми нами. Не проси меня нанести твоему браку еще больший ущерб, чем я уже причинила.

Володя тоже встает.

— Юля, ты смотришь на это не с той стороны. Мы сделали то, что сделали, потому что в наших браках чего-то не хватало.

— Нет, Володя. Остановись. Я серьезно.

Он придвигается ко мне, как будто хочет обнять.

— Юля. Ты и я…

Я решительно качаю головой.