Книга Муж моей подруги, страница 75 – Мила Младова

— О, Рита. — Я протягиваю руку, чтобы обнять ее. — Мы пройдем через это.

Но она отшатывается.

— Не прикасайся ко мне! — говорит она. Ее взгляд становится очень жестким. — Никогда больше не прикасайся ко мне.

— Доченька...

— Не называй меня так! Ты мне никто! Ты разрушила мою жизнь!

— Ты немного преувеличиваешь.

— Все в школе будут смеяться надо мной. Парни подумают, что я такая же шлюха, как и ты.

Я вздрагиваю от ее слов.

— Рита, пожалуйста.

Теперь она вне себя, ее лицо покраснело от гнева.

— Я ненавижу тебя!

— О, Рита, не надо!

— Когда вы разведетесь, я буду жить с папой!

— Нет, Рита, нет. Я тебе не позволю.

— Вот увидишь, — с горечью выплевывает она и выбегает из комнаты.

— Рита! — На мгновение меня охватывает оцепенение, а затем ярость взрывается в моей груди, и, не задумываясь, я кричу: — Вернись сюда!

Осень 2021 года

Рыдая, Рита мечется по дому. Бросаясь за ней, я вижу, как она хлопает дверью своей спальни. Переполненная безумной, бьющей через край энергией, я бросаюсь к двери и наполовину влетаю, наполовину падаю в ее комнату. Рита стоит посреди своей комнаты, сжав кулаки, ее лицо искажено гневом и презрением.

Я хватаю ее за плечи и встряхиваю.

— Не смей уходить от меня, когда я с тобой разговариваю! — Где-то в глубине души я знаю, что этот гнев предназначен Максиму, но ничего не могу с собой поделать; мои пальцы впиваются в плечи моей дочери. — Никогда больше не уходи от меня!

Гнев исчезает с ее лица, сменяясь выражением неподдельного страха.

Потрясенная, я опускаю руки.

— Рита, прости меня.

Она отступает от меня, ее подбородок дрожит, ее лицо снова становится детским, лицом моей дорогой маленькой девочки.

— Рита, дорогая, ты должна выслушать меня.

Мы стоим, обе дрожащие, плачущие, в ужасе от гнева, который мы вызвали друг у друга.

Моя дочь смотрит на меня, все ее тело напрягается от отвращения.

— Лучше бы ты умерла.

Обезумев от боли, я прижимаю руки ко рту, чтобы не выкрикнуть оскорбления в адрес этой разъяренной, высокомерной, безжалостной девчонки. Что-то мощное внутри меня вздымается, желая продолжить борьбу с Ритой, желая обострить ее, желая кричать и драться. Единственное, что я могу сделать, — это выбраться из ее комнаты, убежать в свою спальню, где я оглядываюсь по сторонам, как сумасшедшая, в поисках чего-нибудь, что можно уничтожить.

Давай, Юля, приказываю я себе, сделай что-нибудь. Ты должна взять себя в руки. Ты должна успокоиться. Что ты всегда делаешь в таких ситуация? Ты звонишь Максиму. Сейчас это невозможно. Ты звонишь Кире. Ей ты тоже не можешь позвонить. Но если бы могла, то что бы она посоветовала сделать? Я почти слышу ее голос: «Юля, запрись в ванной, где никто не сможет до тебя добраться. Налей себе бокал вина и выпей его в горячей воде». Может быть, это сработает. Я не знаю, что еще попробовать. Я иду на кухню.

— Мама! — зовет Ваня. — Мама! Иди сюда, посмотри!

— Не сейчас, малыш. Я хочу принять ванну.

— Но, мам!

Взяв себя в руки, я иду к своему сыну.

— Что случилось, Ваня?

— Мам, посмотри. В Сочи ожидается ураган!

Как и его отец, Ваня любит смотреть прогноз погоды.

— Не волнуйся. Может быть, он не достигнет Сочи.

— Но что произойдет, если он все-таки обрушится на Сочи?

— Не беспокойся об урагане, — хочется крикнуть мне. — Тебе гораздо больше угрожает твоя собственная мать! — Вместо этого фальшиво спокойным голосом я говорю: — Ничего страшного не произойдет.