Книга Измена - дело семейное, страница 109 – Аника Зарян

Перечитываю.

Бред какой-то. У меня на руках все бумаги с подтверждением из банка.

Хватаю телефон, набираю номер бухгалтера.

— Алёна, что с платежом китайцам? Только что пришла претензия о непоступлении!

В трубке – растерянное молчание, потом испуганный голос:

— Олег Алексеевич, я... Я сама не понимаю. Платёжное поручение я формировала, все реквизиты проверяла. Банк подтвердил списание с нашего счёта. Деньги-то ушли...

— Ушли куда? – цежу. По спине прокатывается озноб. – Проверь всё. Сейчас же! Свяжись с банком, запроси подробную выписку, трассировку платежа. Немедленно!

Вешаю трубку. Руки слегка дрожат.

Я же всё проверил. И штатные юристы проверили.

Сижу, уставившись в стену, и не понимаю, что происходит...

— Да ничего не происходит, теть Люд. Я просто не голодна.

А еще в бешенстве. Думала, эта задержка – из-за беременности. Надеялась, что через восемь месяцев подарю Олегу второго сына, даже на УЗИ тайком записалась.

Тайком, потому что моя почти свекровь оказалась удивительно прилипчивым человеком. Как будто у неё своей жизни нет. Вцепилась в меня и не отходит. Кажется, я начинаю понимать, почему Алексей Петрович от неё сбежал. И сама тоже близка к этому. Жду не дождусь, когда нас с Пашей официально разведут, а мне вернут сына и половину квартиры, чтобы съехать от неё. Потому что нет у меня больше надежды, что Олег вернется в город, к матери. ...

Вошла домой после повторного приема в женской консультации, не сдержала эмоций и слишком громко захлопнула входную дверь. И дверь моей комнаты.

И отказалась от обеда...

Выяснилось – у меня страшный гормональный сбой. Участковая удрученно изучила протокол моего УЗИ и результаты анализов.

«Очень странно. – бубнила себе под нос. – Вы точно ничего не принимаете на постоянной основе? Эти показатели просто так не выходят за пределы референсных значений. Это очень серьезные маркеры, могут указывать на... Впрочем, давайте не будем спешить. Выпишу вам препараты, потом пройдем проверку еще раз».

Подозреваю, что это мне бесконтрольный прием противозачаточных так аукнулся.

Ничего.

Я молодая, организм сильный.

Вылечусь.

— Так нельзя, Мариночка. Надо есть. Ты о сыне думай, ты ему нужна!

Если бы...

Чем дальше, тем больше уверяюсь в том, что я не нужна своему ребенку. Ни разу не ответил на мои сообщения, звонки. Ни разу не оглянулся, когда я его звала у ворот нашего, черт бы его побрал, огражденного ЖК с улучшенной охраной, пока он гулял.

Не нужна я ему.

А он мне – очень! Я не знаю, как без него жить.

Как без него быть...

Он – моя связь с Олегом. Моя надежда, что рано или поздно любимый будет со мной. Вода же камень точит. Моя любовь сточит стены крепости, которые мой Олег между нами воздвиг. Я это точно знаю.

— Я поем, теть Люд. Честно. Позже поем...

Заседание уже послезавтра. По ходатайству моего адвоката и заявление о разводе, и ходатайство об отцовстве объединили в одно судопроизводство.

В ночь перед заседанием я почти не сплю. Ворочаюсь на кровати, слушаю, как за стеной посапывает мать Олега. Утром умываюсь ледяной водой, пытаясь стряхнуть одутловатость и следы бессонницы.

Клею патчи, делаю маску. Тщательно убираю волосы в аккуратную прическу. Надеваю самое строгое платье, что есть со мной, – темно-синее, ниже колена. Мне нужно выглядеть солидно, респектабельно. Примерной матерью, борющейся за права своего ребенка. Чтобы Олег увидел. Чтобы понял...