Книга Измена хуже предательства, страница 40 – Лита Летинская

— Я тоже могу. И хочу.

Я забираю свою добычу — пакет с булкой, а то и уток он будет кормить сам.

Он идет рядом со мной неспешно, подстраиваясь под мой шаг. Точно так же мы гуляли на первом нашем свидании. Хотя тогда он был не в пример разговорчивее. Я отворачиваюсь, смахивая навернувшиеся слезы сожаления, что как тогда уже не будет.

Оглядываю парк. То тут, то там по дорожкам ходят люди. Кто-то даже вольготно располагается на газоне.

Радим и не пытается заговорить. Я сама разрываю затянувшееся молчание:

— Ну и как твои успехи?

— Все решаемо, Мариш.

Его лаконичные ответы меня не устраивают. И неразговорчивость тоже. Почему-то мне остро хочется его задеть, уязвить, подколоть. А не вести светскую беседу.

Я наверно мазохиста раз ковыряюсь в наболевшем и не отпускаю его.

Мы подходим к пруду, и я достаю булку, бездумно начинаю ее крошить, кидая тут же приплывшим уткам.

— Ути, ути, — детский голосок, смешно передразнивает уток, отвлекая от нашего разговора.

Я обращаю внимание на маленького малыша, что одиноко прогуливается у пруда. Я выглядываю его родителей, но рядом с ним нет взрослых. Абсолютно. Словно малыш вышел погулять сам по себе, но он слишком мал для этого.

Малыш уже у кромки воды. Ему так понравились подплывшие утки, что он решил подружиться с ними поближе.

— О боже, Радим, смотри! — я указываю в направлении ребенка, но муж уже и сам видит, бросается наперерез карапузу.

Сердце замирает в ожидании. Я даже не знаю, какая здесь глубина. Но ребенку тут явно небезопасно гулять одному.

Малыш делает еще один неосторожный шажок и начинает заваливаться вперед, проскальзывая по мокрому грунту, прямо в воду.

Малыш делает еще один неосторожный шажок и начинает заваливаться вперед, проскальзывая по мокрому грунту, прямо в воду.

Я вся холодею от страха. Оцепенение своей тяжестью давит на плечи, мешая ринуться следом на спасение малыша. Я только в силах наблюдать, как Радим ловко цепляет комбез на спине малыша, удерживая его в последний момент, от столкновения с водой. Подхватывает на руки, мгновенно скуксившегося малыша.

— Смотри, какой герой, — указывает он на малыша. Это оказывается мальчик двух лет с пронзительными ярко-голубыми глазами. Он куксится и морщится, готовый расплакаться.

— Эй, мужик, ты чего это надумал? Смотри, какая тетя здесь у нас, красивая. — показывает он на меня.

Опасность миновала, оковы страха, отпустили меня. Я теперь могу свободно дышать и двигаться. Осторожно подхожу, стараясь еще больше не напугать малыша.

Смотрю на эту парочку, умиляясь, как гармонично они смотрятся вместе. Радим с ребенком на руках. Маленьким пацаном, вихрастым, готовым разревется в любую минуту. Как ловко получается у Радима отвлечь его, переключить внимание. В этот момент у меня зарождается безумная мысль, непреодолимое желание иметь такого карапуза. С Радимом или без.

Муж переводит свой взгляд с малыша на меня. В его темных омутах плещется столько нежности и теплоты. Мягкая улыбка играет на губах.

Я не знаю, сколько мы стоим, завороженно глядя друг на друга, словно увидев впервые, но малыш решает разрушить этот магнетический момент, хватает Радима за небритые щеки, поворачивая к себе его лицо.

— Папа? — недоуменно вопрошает.

Радим улыбается ему, качая головой: