Книга Почему ты молчала?, страница 72 – Анна Шнайдер

«Теперь Иришка знает правду».

Яков быстро напечатал в ответ:

«Мне нужно приехать?»

«Нет».

С сожалением вздохнув — это было нерационально, но увидеть дочь хотелось как можно скорее, — Яков принялся выруливать с подземной парковки бизнес-центра, и тут его телефон опять завибрировал от пришедшего сообщения.

«Да, приезжай».

Полина

Работалось мне очень плохо — пожалуй, даже хуже, чем в те дни, когда я страдаю от головной боли, но вынуждена что-то делать из-за горящих сроков. Тогда пусть и с трудом, но мне удаётся сосредоточиться, сегодня же все попытки вникнуть в рукопись разбивались о навязчивые мысли о том, какими именно словами Иришке рассказывать про Якова.

Я в сотый — нет, наверное, даже в тысячный — раз жалела, что не открыла ему правду давным-давно, сразу после рождения дочери, как советовала мама. Тогда всё давно бы уже устаканилось, и не было бы у меня ощущения, будто я предала Иришку своим молчанием. Но что уж теперь, сделанного не воротишь, и нужно постараться хотя бы минимизировать потери.

Забирать нашу девочку из школы мы поехали вместе с мамой. Она изначально собиралась остаться дома и не мотаться туда-сюда почём зря — общественный транспорт маму всегда утомлял, — но в итоге, посмотрев на мои печальные глаза и закушенные губы, вздохнула и сказала:

— С тобой поеду. А то, боюсь, ты по пути в обморок хлопнешься.

— Я ни разу в жизни не хлопалась в обморок.

— Всё когда-нибудь случается впервые, — улыбнулась мама и погладила меня по руке. — Эх, Поля, что ж ты у меня такая совестливая… Другая на твоём месте вообще не заморачивалась бы. Подобным людям легко даётся ложь, но тебе-то нет, ещё и поэтому я изначально была против. Знала, что, когда придётся признаваться, ты себя сожрёшь.

— Я надеялась, что не придётся.

Звучало ужасно, но ведь правда. Если бы я думала, что обязательно попадусь, давно бы открылась и Якову, и Иришке. В этом весь и ужас! Получается, я не способна совершать хорошие, правильные поступки сама по себе — только перед угрозой разоблачения. Гаденько как-то…

— Ты давай, не казни себя, — посоветовала мне мама. — Яков уже знает правду, он на тебя не обижается, как я поняла. Половина дела сделана. Сейчас ещё Иришке признаешься и вздохнёшь свободнее.

Да, мама была права, но при этом мы обе понимали, что Иришка обидится. Оставалось лишь надеяться, что эта обида продлится недолго.

Мы добрались до школы вовремя, встали перед воротами — и вот наконец из здания повалили первоклассники. Я искала Иришку взглядом в толпе пару минут, но, когда нашла, едва не хлопнулась в обморок, как предрекала мама.

Дочь шла за руку с Пашей. Весело о чём-то болтала, и он слушал её, улыбаясь и периодически хихикая. Вот так вместе, гремя портфелями и слегка подпрыгивая, эта парочка подошла к воротам и вышла наружу, к нам.

— Мама! — воскликнула Иришка, отпуская ладонь мальчика, и бросилась ко мне обниматься. — Сегодня на уроках так здорово было! Да, Паш?

Он кивнул, и дочь принялась вещать, что именно здорово было на уроках, а Паша стоял рядом, улыбался, но и озирался по сторонам, явно пытаясь отыскать своих. Постепенно его весёлый взгляд сменился растерянным, и я спросила:

— За тобой кто-то должен был приехать, да, Паш?

— Ага, — он кивнул, насупившись. — Мама. Наверное, задержалась.