Книга Почему ты молчала?, страница 94 – Анна Шнайдер

— Паш, Паша-а-а! — кричала моя дочь. Мальчик обернулся — и я едва не споткнулась, заметив его белое и какое-то испуганное лицо.

Точно дело не в тошноте. Люди, которых тошнит, выглядят иначе.

Что случилось-то?!

Оксана

Дорога до Пашиной школы занимала около получаса, и сразу после завтрака, не дожидаясь, пока Ваня и Яков выйдут из дома, Ксеня отправилась в путь вместе с младшим сыном. Пара минут пешком до метро, потом около пятнадцати минут в вагоне, пять минут в автобусе, чуть пройтись до школы — вот и весь путь. Для разговора времени было совсем мало, поэтому Ксеня начала сразу, как только покинула с сыном подъезд.

— Ты зря вчера не стал капризничать, Паш. Уйдёт ведь папа, если ты мне не поможешь.

Мальчик хмуро покосился на Ксеню, вздохнул, но ничего не сказал.

— Без твоей помощи мне не справиться, — продолжала она говорить ласковым, мягким, но всё же настойчивым голосом. — Помоги. Ну неужели ты хочешь, чтобы папа ушёл от нас? К другой женщине, где у него будут другие дети… И совсем не останется времени на тебя и Ваню.

Вот теперь Пашу проняло.

Он посмотрел на мать с ужасом, сглотнул и пробормотал:

— Дети?..

— А ты думал, папа уходит в никуда? — улыбнулась Ксеня, внутренне торжествуя. Клюнул! — Ни один мужчина не уйдёт в никуда, только к другой женщине. Какая-то тётка его окрутила, он хочет на ней жениться. Вот женится и забудет про тебя. Про нас. Зачем мы ему нужны, если у него другая семья будет?

Паша молчал, хлопая глазами. Ксеня тоже не спешила больше ничего говорить — пусть подумает. Покумекает. Переварит. Авось вечером всё же решится надавить на отца. Кому захочется перестать быть любимым сыночком?

Паша ничего не говорил, пока шли до метро, и пока тряслись до нужной станции тоже. Молчал он и в автобусе и, только уже выйдя на остановке недалеко от школы, негромко спросил:

— Мам, почему ты думаешь, что папа… Что у него есть другая женщина?

Ксеня посмотрела на сына. На мгновение её кольнуло чувством вины — потому что Паша, судя по всему, сильно нервничал. Нижняя губа кровоточила — так неистово он её жевал.

Но потом это чувство у Ксени прошло. Она ведь действует ради Пашиного блага! Да, не знает ничего точно, но можно не сомневаться: другая баба в наличии.

— В никуда никто не уходит, я же говорю, — уверенным тоном ответила Ксеня, попытавшись потрепать сына по волосам, но он увернулся. Ёжик. — Папа явно присмотрел себе новый дом. И мы должны его остановить, пока не поздно. Или ты хочешь остаться без папы?

Лицо Паши исказилось от отчаяния, но ответить он не успел — сзади раздался чей-то визг:

— Паш, Паша-а-а!

Сын обернулся, Оксана тоже оглянулась и поджала губы: по дорожке, ведущей к входу в школу, огибая других детей с портфелями, бежала эта девчонка, Ира. А в нескольких метрах от неё шла раздражающая мамаша девочки. Угораздило же наткнуться!

Всё-таки хорошо, что по утрам теперь Пашу будет отвозить она или Ваня, ни к чему Якову встречаться с этой выдрой. Несмотря на то, что мама девчонки Ксеню бесила, она не могла не признать: красивая женщина. Совсем не такая, какой всегда была Ксеня, — красота этой простушки была мягкой, нежной, неяркой, но очень притягательной. Ни малейшей хищности, ничего вызывающего — сплошной уют. Даже макияжа почти нет, и ногти обычные, без маникюра. Ксеня себе такого никогда не позволяла, стараясь выглядеть идеально и слегка провокационно, очень любила распущенные волосы и алую помаду. А эта… как её там зовут… вроде бы Полина — шагала по дорожке в обычных джинсах, футболке и бежевой вязаной хлопковой кофте, которую она набросила на плечи, видимо, чтобы не озябнуть — всё-таки осень уже, и с утра было чуть прохладно. И в качестве причёски у неё был обычный хвост!