Книга Слишком красивая, страница 37 – Анна Шнайдер

— Погоди пять минут, я посмотрю своё расписание.

Взял телефон, загрузил приложение и невидящим взглядом уставился в расписание завтрашнего дня, где ничего не было запланировано, и он об этом отлично помнил, поскольку в этот день собирался кататься на яхте. Естественно, без Дианы! На фиг она ему сдалась?

И зачем было лезть в это проклятое расписание? И сидеть, многозначительно рассматривая отсутствующие дела? Почему было не отказаться сразу?

Чёрт знает.

Эдуард и сам не до конца понимал, почему в итоге произнёс:

— Хорошо, я смогу выделить пару часов. Давай поедем.

Диана обрадовалась, но он и внимания не обратил на её радость, думая о том, будет ли на этом пикнике Алиса. А может, она предпочтёт ретироваться, сбежит, чтобы больше с ним не встречаться? Он ведь такой нехороший человек, не хочет жениться на её сестре.

Да, забавно… Всё-таки Алиса его зацепила.

И ещё забавнее то, что она, по-видимому, этого вовсе не желала.

Я полночи не спала, всё ворочалась в своей постели и думала — а может, ну его, этот пикник? Сказаться больной, пошмыгать носом, покашлять и остаться дома? А остальные пусть без меня развлекаются.

Вздыхала и улыбалась собственной идиотичности, сама не понимая, чего больше опасаюсь — ещё раз столкнуться с пренебрежением Эдуарда по отношению к Диане? Или самой влюбиться в него? Он волновал меня, было глупо это отрицать. Злил, но волновал тоже. И мне бы по-хорошему избегать встреч с ним, но…

Ева расстроится. И Диана, конечно, тоже. Уверена, она даже втайне надеется на мою поддержку и помощь, как и всегда бывало. Сестра говорила, что знание о том, как я за неё стою горой, поддерживает её в любой ситуации. А уж моё присутствие и вовсе успокаивает.

Нет, я не могла всех кинуть и соврать, что заболела. Это нехорошо, да и малодушно. В конце концов, даже если моё чувство вдруг выйдет за рамки обычной человеческой симпатии, я с ним справлюсь. Если уж я сумела забыть Дениса, которого любила всем сердцем и душой, то с Эдуардом тем более церемониться не стану. Выкину из головы, и всё. Тем более что он наверняка не задержится надолго в Дианкиной жизни.

Хуже, если Эдуард начнёт делать какие-нибудь намёки о месте моей сестры для себя, — вот тогда я точно не сдержусь и раскатаю его по траве. Так что пусть лучше молчит! Целее будет.

Утром я с трудом встала с постели — сказывалась бессонная ночь. Умылась, позёвывая и мечтая вновь забраться под одеяло, но мечты мои были несбыточными, и я отправилась на кухню, чтобы собрать пакет для пикника. Минут через пять, как только я начала греметь посудой, на кухню вошёл папа. Вот он, в отличие от меня, был бодрячком.

— Ты как всегда, встала раньше всех, Алис, — произнёс он с улыбкой. — Отлично! Значит, всё успеем. Тогда на тебе — вся кулинарная часть, собирай то, что нам понадобится. Помидоры только порежь, ладно?

Я закатила глаза. Это была наша дежурная с папой шутка — он каждый раз припоминал, как мы с Дианой давным-давно вместе собирали овощи для пикника. Нам тогда было… мне лет пятнадцать, ей, соответственно, шесть. И мы решили не мелочиться — и огурцы, и помидоры положили в лоток целиком, ничего не порезали и не почистили. Ну ладно огурцы, но помидоры, конечно, не очень удобно есть в таком виде.