Книга Друзья или любовники?, страница 49 – Анна Шнайдер

Алинка слегка истерично рассмеялась.

— Боже, на что я подписалась…

Ахтунг! Нужно скорее начинать игру, а то ведь Пирожок действительно скоро передумает. Единственное, на чём держится пока её согласие, — это выпитый коньяк, спасибо ему большое!

— Пойдём, — сказал Яр и, встав с табуретки, взял Алину за руку, потянул на себя, тоже заставляя встать. Замер на мгновение, ощущая, как бешено колотится сердце от близости девушки, и улыбнулся: — В другом месте нам будет удобнее.

— В каком?..

— Увидишь.

Алина шла за ним покорно и растерянно, пока Яр, по-прежнему держа её за руку, пробирался к спальне. Он в той комнате давно не был, но предполагал, что кровать там должна быть. Будет странно, если её не окажется.

Его задумку Алина разгадала на полпути и попыталась воспротивиться:

— Может, лучше на диване в гостиной?

— Сейчас посмотрим, — дипломатично ответил Корнеев. — Он у тебя узкий какой-то, а я хочу с ногами забраться. Давай сравним и подумаем, что лучше.

— Ну ладно…

Кровать в спальне Яру понравилась сразу: широкая, не диван, а именно кровать, застеленная зелёным плюшевым пледом, она стояла вплотную к окну, за которым ярко разгорался закат, золотя листву деревьев и окружающие дома.

— Вот! Здесь гораздо уютнее, — кивнул Корнеев. — Достаточно широко, чтобы не касаться друг друга, а сидеть на расстоянии. Есть и где карты разложить. Кстати! А карты-то у тебя имеются?

— Как ни странно, да, — вздохнула Пирожок и выпустила руку Яра. — Но они в той комнате. Ты пока располагайся. А я… сейчас приду.

— Нет, давай вместе пойдём, — возразил Яр, и Алина иронично улыбнулась:

— Боишься, что я передумаю, да?

— Именно. Отправишься в другую комнату в одиночестве, загоняться начнёшь, придёшь и заявишь мне: извини, Яр, пошли лучше чаю попьём с десертом.

— А хорошая идея, между прочим.

— Нет уж, Пирожок! — Корнеев погрозил бывшей однокласснице пальцем. — Так дело не пойдёт! Идём вместе и туда, и сюда.

— Какой ты настойчивый, Яр, — засмеялась Алина, но уже не истерично. — Ладно, пойдём. Правда, предупреждаю: я не умею играть ни во что, кроме дурака.

— Ничего страшного, я тоже, — хмыкнул Корнеев. — А нам ничего больше и не надо, вполне достаточно. Сыграем несколько конов, каждый раз проигравший по указанию победителя будет снимать с себя одну вещь. Честно скажу, что у меня их всего три — майка, джинсы и трусы. Даже носков нет, как видишь.

— У меня не намного больше, — пробормотала Алина, отчего-то покраснев. Из-за слова «трусы», что ли? — Точнее, на один предмет одежды. Думаю, ты догадываешься на какой.

— Нет, не догадываюсь, — пошутил Яр, и Пирожок захихикала. А потом вдруг схватила себя за грудь и изрекла:

— Вот на этот!

Корнеев немного помолчал, а затем показательно вздохнул и страдальческим тоном произнёс:

— Завидую твоим рукам, честно говоря. Столько богатства могут пощупать…

— Яр! — простонала Алина, зажмурившись. — Ну хватит! И так неловко до ужаса, а ты ещё и пошлишь.

— Может, мне коньяк принести тогда?

— Нет, мне вполне достаточно уже, — проворчала девушка, села на корточки перед шкафчиком, на котором раньше вроде бы стоял телевизор, а теперь сиротливо красовалась ярко-оранжевая, как Алинкины волосы, икебана, открыла дверцы и принялась осматривать содержимое полок. — О, а вот и они!