Книга Не любовница, страница 116 – Анна Шнайдер

— Я тебя провожу, — сказал он, остановившись во дворе дома Оксаны. — Юр, подождёшь пять минут в машине?

— Уверен, что успеешь? — сын заиграл бровями, ухмыляясь, и Алмазову захотелось его треснуть. Вот не время сейчас шутить, не время! Оксана и так напряжена, а тут ещё Юра вылезает со своими пошлыми подростковыми подколками.

— Не нужно, я сама, — Оксана попыталась отказаться, выпрыгивая из машины, но Михаил просто молча пошёл следом, показав Юре кулак. Сын фыркнул и закатил глаза. Чертёнок.

Оксана, напряжённая, с прямой спиной, почти бежала к подъезду, Алмазов еле успел нырнуть следом за ней в закрывающуюся дверь. Молча вошёл в лифт, доехал до нужного этажа и, как только Оксана открыла квартиру и хотела шмыгнуть внутрь, проигнорировав стоящего за спиной Михаила, подхватил девушку под локоть и перенёс через порог.

Лёгкая, почти невесомая…

Временно забив на необходимость поговорить, Алмазов щёлкнул выключателем, зажигая в прихожей свет, а затем поднял Оксану выше, крепче прижимая к своему паху, и впился в губы. Поначалу упрямо сжатые, они распахнулись, словно приглашая к дальнейшим действиям, и Михаил с полминуты ласкал их, наслаждаясь нежностью и вкусом, и, только когда почувствовал, что скоро перестанет соображать, отстранился и посмотрел на Оксану.

Её взгляд был затуманен, дыхание сбивалось, и она так лихорадочно облизала губы, что Алмазову на мгновение захотелось забить на разговор и использовать это недолгое время по другому назначению. Но Юра ждал в машине…

— Ты сегодня весь день о чём-то беспокоишься, — сказал Михаил хрипло, не спеша отпускать Оксану. Так и держал на весу, прижимая её бёдра к своим. Он был сильно возбуждён и понимал, что она это чувствует. Вот и хорошо, пусть знает, а то ведь своими дурацкими замечаниями про непривлекательность Алмазов чуть всё не испортил изначально. — Расскажи, что случилось.

Туман из взгляда моментально исчез, как не было его.

— Ничего, — уронила Оксана и дёрнулась, пытаясь освободиться. — Это всё ерунда.

— Оксан, — Михаил всё же опустил её и поднял руку, ласково касаясь кудрявых растрёпанных волос, — ну я же вижу. Очень прошу, не закрывайся, скажи, в чём дело. Если я чем-то тебя обидел, постараюсь исправить это.

— Нечего исправлять. — Она продолжала упорствовать. — Всё в порядке.

— Ксана… — Он впервые сократил так её имя, и это оказалось до безумия приятно. И удивительным образом повлияло на саму Оксану, потому что она вздрогнула и изменилась в лице, словно Михаил умудрился достучаться до её сердца. — Пожалуйста, давай не будем начинать отношения со лжи. В моей жизни её было слишком много, я не хочу ещё больше. Просто скажи. Даже если ты считаешь, что мне это не нужно. Позволь самому решать.

Что-то, наверное, всё-таки было в его словах, из-за чего Оксана, вздохнув и закусив губу, прикрыла глаза и негромко призналась:

— Я слышала, что сказал Юра. Когда возвращалась из туалета и вы сидели за столиком, он произнёс: «Я рад, что ты последовал моему совету и завёл себе бабу!»

Как только Алмазов это услышал, он сразу понял, что подозревал подобную причину с самого начала. Не зря улыбка Оксаны в тот момент, когда Михаил знакомил её с Юрой, показалась ему какой-то деревянной.

Причина была не то что не весомая, но… у Алмазова было ощущение, что он чего-то недопонимает. И будет ли Оксана объяснять?