Онлайн книга «Не любовница»
|
Михаил несколько секунд рассматривал ягодицы Оксаны, ощущая, как его всем телом бросает в жар, а потом вдруг опомнился. — Стой! — воскликнул он, делая шаг к ней, из-за чего Оксана вздрогнула и… выронила коробку себе на ноги. — Ай! — подпрыгнула секретарь, поморщившись от боли. — Ах, чтоб тебя! — Вытащила одну ногу из туфли и согнула в колене, обхватывая рукой ступню. — Сильно ударилась? — Михаил, сам не понимая, что делает, сел на корточки и тоже обхватил ладонями ногу Оксаны. — Извини, это из-за того, что я слишком громко заговорил у тебя за спиной. — Да-а-а… — протянула секретарь, глядя на него с удивлением. — Да ничего страшного, Михаил Борисович, не больно почти… Алмазов понимал: нужно отпустить ногу Оксаны. Но не мог. Стоял, держа на одной ладони, как на опоре, а другой легко поглаживая сверху, и чувствовал, что его волнами накрывает возбуждение. Да такое шальное, что хотелось немедленно подхватить Оксану на руки, унести к себе в кабинет и… — Михаил Борисови-ич… — почти простонала девушка, и он, подняв голову, неожиданно заметил, что Оксана вся розовая, тяжело дышит и глаза её блестят, словно она и сама думает примерно в том же направлении. В горизонтальном. Хотя… с ней можно и вертикально, у стены. Он сильный, а она лёгкая. Чёрт. В штанах было уже настолько тесно, что Михаилу оказалось сложно сидеть. Но и вставать сейчас, когда между ног такой бугор, наверное, тоже неправильно. Или наоборот? Пусть Оксана поймёт, что она очень даже привлекательна, а утром в субботу он просто ляпнул глупость. Алмазов в последний раз провёл ладонью по её ноге, изучая узкую и маленькую ступню с крошечными пальчиками — Оксана была в колготках телесного цвета, но пальцы всё равно было видно, — улыбнулся и, набрав в грудь воздуха, чтобы не звучать слишком уж сдавленно, пробормотал: — Как-то так наверняка выглядела ножка Золушки… — Что? — пискнула Оксана и дёрнулась, всё же высвобождая ступню. Нервно засунула её в туфлю и застыла на месте, как бандерлог перед Каа. Невыносимо красные щёки, блестящие глаза, взволнованное дыхание… Михаилу доставляло невероятное удовольствие просто смотреть на неё. Было бы лучше не только смотреть, но это, к сожалению, невозможно. Он поднялся с корточек, понимая, что Оксана наверняка заметит его состояние — и точно, секретарь, неосознанно опустив взгляд, распахнула рот и вытаращила глаза в явном шоке. Неужели не ожидала? Не понимает, как действует на него? Наверняка. Но это хорошо. Было бы хуже, если бы понимала. Если Оксана решит уволиться, это будет катастрофа. — Я говорю, — он, кашлянув, улыбнулся и щёлкнул в воздухе пальцами, чтобы секретарь подняла взгляд, — что у Золушки была такая же крошечная ножка, как у тебя. Какой размер хоть? — Первый, — пробормотала Оксана сдавленно, а потом, моргнув, выпалила: — Ой, нет! Тридцать пятый! — А первый — это что такое? — поинтересовался Михаил, удивившись, когда секретарь отчего-то замялась, но затем, осознав, рассмеялся. — А-а-а… Мой любимый размер… — Неправда, — возразила Оксана резко и решительно, и вновь даже не покраснела — побагровела, но теперь явно от злости. — Вам совсем другие размеры нравятся! Забыли, что я в курсе? — Не забыл, — он покачал головой, испытывая странную горечь и от реакции, и от слов Оксаны. — А ты… не забыла, что обещала показать мне свои рисунки? |