Онлайн книга «Не проси прощения»
|
Отчего-то не нашла слов. Много лет писала книги, продавала их, и успешно, но сейчас, в собственной жизни, не находила элементарного «спасибо». Наверное, потому что понимала: мало. Слишком мало этого слова за все старания Виктора. За его отношение к ней, нежное и ненавязчивое — будто Ирина была бабочкой, с крыльев которой он боялся стереть пыльцу. За то, что не побоялся помириться и с отцом, и с Толей — несмотря на то, что они оба когда-то ему наговорили. За то, что сердце Марины начало оттаивать. Ирина чувствовала это, разговаривая с дочерью и радуясь, что та наконец стала называть Виктора отцом. Да, ворчливо и без особой теплоты, но стала ведь. И случилось это не только благодаря Борису… В том, что Марина чуть потеплела, была и заслуга Виктора. Наверное, поэтому Ирине и пришла в голову эта идея… Глупости, раньше она никогда не писала ничего подобного, не верила в такие сюжеты. А теперь вдруг захотелось… Вдруг она сможет что-то понять? Про саму себя. Да и не только. Про Виктора тоже. Решать проблемы текстом, подгонять под него реальность — в эти игры Ирина раньше не играла. Да и сейчас не собиралась. Но всё же… Виктор ведь действительно верит, что любит её. Не притворяется, на самом деле верит. Бывший муж никогда не был дураком, значит, раз верит, для этого у него есть основания. Но какие? Какие могут быть основания для любви, разрушенной до основания, и плевать на тавтологию — она здесь уместна. Разве можно разрушить то, что любишь и ценишь? А потом смотреть на руины со скорбным лицом и утверждать, будто всегда любил и будешь любить… В этом ведь должна быть какая-то логика, правда? Должна. Но какая? * Дорогие читатели, комментарии закрыты временно. Автору очень нужно сосредоточиться на работе над другой книгой, отвлекаюсь, а совсем не отвечать у меня не получается) Открою, как только выполню план, и снова сможете всех ругать))) 73 Виктор Кира Алексеевна — врач-кардиолог, чей телефон дал Горбовский-старший, ждала Виктора к трём часам дня. Она была в курсе сложности ситуации, поэтому он не переживал, что ему сразу дадут от ворот поворот из-за отсутствия необходимых документов — на руках-то была одна только израильская выписка. Врач, когда Виктор разговаривал с ней в выходные, так и сказала: приносите всё, что есть, а там уж решим, что делать дальше. Миновав проходную, Горбовский поднялся в отделение. Эту больницу он совсем не знал, поэтому пришлось уточнять дорогу у охранников. А когда оказался в нужном коридоре, выяснил, что Шевченко Кира Алексеевна — заведующая отделением. Кандидат медицинских наук, врач высшей категории… Всё это прекрасно, но кабинет был заперт, хотя Виктор явился строго к назначенному времени. Пришлось звонить. Врач долго не брала трубку, а когда взяла, извинилась и сообщила, что придётся немного подождать — срочный пациент. Виктор сел на лавочку в коридоре и приготовился к долгому ожиданию — знал по отцу, насколько длительными могут быть «срочные пациенты» у хирургов-кардиологов. Как бы на концерт не опоздать… Кира Алексеевна пришла через полчаса. Горбовский заметил её ещё на подходе, хотя не мог сказать, почему решил, что именно вот эта высокая женщина в зелёной форме, медицинской маске и хирургической шапочке — та, которую он ждёт. Интуиция, наверное. Так или иначе, но врач быстро и энергично шла по коридору именно по направлению к кабинету, возле которого сидел Виктор, и стягивала на ходу тонкие латексные перчатки. |