Онлайн книга «Ты меня предал»
|
— Да, скорее всего… — протянула я, задумавшись. Нет, даже не скорее всего — точно, принял бы. Павлу изначально было неважно, от кого я беременна. Он как-то сразу начал воспринимать нас с Аней своими. — В общем, ты его выслушай. И задай себе вопрос: а вот если бы ты накуролесила подобным образом, что пришлось бы бросать мужа и уходить к другому мужику, а потом захотела вернуться, он бы тебя простил? Я улыбнулась, чувствуя себя так, будто Ясмина помыла мне с мылом глаза. — Ясь, я могу ответить на этот вопрос сейчас, и не выслушивая Пашу. Он простил бы мне всё на свете. Просто не считал бы ни в чём виноватой. Нашёл бы оправдание, он всегда так делал. Я для него всю жизнь была идеалом, какой-то супервумен, у которой если и есть недостатки, то их без лупы не разглядишь. — Ну, — Яся хмыкнула и развела руками, — тогда вот и ответ. Павел Пока Динь лежала сначала в роддоме, а потом в детском отделении вместе с Аней, Павел по её просьбе перестраивал детскую. Чуть передвинул кровать, чтобы поместились кроватка и пеленальный столик — они с Динь купили это всё пару месяцев назад, когда у неё наконец закончилось настроение «лучше ничего не покупать, а то вдруг я не рожу». Это — и кучу одежды. И подгузников, которые, правда, всё равно пока не пригодятся: Аня была слишком маленькой для первого размера, ей нужен был нулевой. Он покупал этот нулевой размер и постоянно возил упаковки Динь в больницу — кончались подгузники просто моментально. Возил Павел и еду — мамочек в детском отделении кормили только завтраком и обедом, ужины отсутствовали, — и уколы для жены. Вот за них Павел отдельно переживал: как Динь справится, она же всю беременность даже не пробовала сама колоть себя в живот. Но она справилась, улыбнулась даже, когда Павел выразил беспокойство. — Теперь в моём животе никого нет, — пошутила, хмыкнув. — Я боялась втыкать туда иглу, потому что внутри сидела Аня. А сейчас что угодно воткну, хоть кинжал. Глядя на преобразившуюся детскую, Павел испытывал удивительную эйфорию и подъем душевных сил. Наконец-то! Как же хорошо, что Динь осуществила свою… нет, их мечту. Она заслужила это. А он… Павел до сих пор был не уверен, что заслуживает её прощения, если оно будет. Он старался изо всех сил, он сделал выводы из своего поведения, он понимал, что очень виноват — но достаточно ли этого для второго шанса? Всё-таки он разодрал сердце своей любимой Динь в клочки, чуть не убил её этим подлым уходом… В любом случае решать должна была жена, и Павел ждал и разговора, и этого решения, зная: что бы она ни решила, он примет это решение. Не будет настаивать и просто уйдёт, если понадобится. В конце концов, судьба и так подарила ему такой подарок, как долгожданную беременность Динь, благодаря которой он смог доказать жене хотя бы немного, что не конченый мерзавец. Уже за это Павел был благодарен Богу. Накануне выписки Динь и Ани он ходил в церковь, ставил свечки за здравие. Никогда не делал этого раньше, до расставания с женой, а потом… как-то приобщился, сходив однажды вместе с матерью — Любовь Андреевна была очень верующей. Сначала понравилось, как пахнет в церкви, какая здесь стоит тишина, и какие одухотворённые лица на иконах. Потом Павел начал ставить свечки — и за здравие, и за упокой. За Соню ставил каждый раз — пусть она и не была его дочерью, он особенно жалел эту маленькую девочку, жертву Настиной легкомысленности. И за Динь. Чтобы осуществила свою мечту. |