Онлайн книга «Ты меня предал»
|
— Ты уже встала? — раздался позади спокойный голос Павла. — Будешь ужинать? Я сглотнула и развернулась к бывшему мужу, чувствуя, что непроизвольно начинаю плакать. Павел вздохнул и, подойдя ближе, ласково провёл ладонью по моим мокрым щекам. — Это гормональное, Динь, — сказал он мягко. — Все эти скачки настроения. Я знаешь, что подумал… тирамису тебе нельзя, но ведь «Три шоколада» ты тоже любишь? Я купил. После ужина чай попьём? Я кивнула, прижимая к себе чепчик для моей девочки. Первая вещь моего ребёнка… И, несмотря ни на что, я была рада, что её купил именно Павел. Павел Раньше он только слышал об особенностях поведения беременных, но теперь убедился в этом на собственной шкуре — настроение у Динь скакало туда-сюда раз по десять на дню. И сентиментальная она стала донельзя, могла заплакать от умиления на улице, увидев щенка, котёнка или родителей с маленьким ребёнком. И раздражительная сверх меры, могла вспыхнуть из-за какой-нибудь мелочи вроде забытой на столе грязной чашки. Чтобы Динь ворчала из-за подобного раньше? Павел такого не помнил. Его жена всегда была уравновешенной, иначе она просто не выдержала бы всего, что свалилось на неё по жизни. А теперь вот он был вынужден буквально ходить на цыпочках, опасаясь сделать что-нибудь не так — вдруг рассердится и выгонит? Пока Динь не вспоминала об их уговоре, что Павел поживёт у неё временно, но он не сомневался, что обязательно вспомнит, если он оплошает. Поэтому старался, как мог. И усталость от этих стараний, конечно, была, но только физическая, не моральная. Как говорил Сергей Аркадьевич, сеансы с которым теперь были гораздо реже — просто не было необходимости к нему обращаться, приступами отчаяния и безысходности Павла давно не накрывало, — он просто обрёл смысл существования. Теперь бы не скатиться обратно в бессмысленность, если Динь всё же однажды примет окончательное решение и выгонит его. Даже на работе заметили, что Павел воспрял духом, правда, никто, кроме Вики Огневой, не знал, что он пытается вернуться к бывшей жене. Иногда главный ворчал — всё же из-за Динь Павлу порой приходилось отпрашиваться с работы, — но за прошлые заслуги пока прощал, только косился с недоумением. Впрочем, не он один. Всем коллегам, знающим Павла уже больше десяти лет, хотелось выяснить, что происходит в его жизни, кто-то даже пытался осторожно расспросить, но успеха не добился. Павел молчал, опасаясь спугнуть… что? Удачу? Сложно было сказать, учитывая его прошлые косяки и непостоянное настроение Динь. Но что-то определённо менялось… и кажется, всё-таки к лучшему. Они с женой даже стали чаще ужинать вместе, хотя она почти всегда молчала и потом сразу убегала к себе. Это был вечер накануне очередной поездки в клинику — у Динь шла 27 неделя. Часом ранее Павел привёз очередные пачки с лекарством, на этот раз пять штук, а заодно и хорошую новость, что скоро приключения с поставками закончатся и можно будет покупать всё в ближайшей аптеке, а не мотаться за город. Динь обрадовалась, посветлела лицом и даже улыбнулась Павлу. Несмотря на то, что она относилась к нему сейчас гораздо мягче, улыбалась всё-таки редко. — Завтра пойдёшь со мной на УЗИ, — неожиданно сказала жена, глядя не на него, а в свою пустую чашку из-под чая. — Теперь можно. |