Книга Ты меня предал, страница 91 – Анна Шнайдер

На 33 неделе у жены начались отёки. Усугубляло её состояние то, что июль был в самом разгаре — жарища, духота, а Динь нужно было носить компрессионные чулки… Павел даже не представлял, что она чувствовала, находясь в них на улице, и не удивлялся, когда после прогулок жена пару часов не желала вылезать из-под кондиционера.

В один из таких вечеров, когда Динь лежала на своей кровати, закрыв глаза и задрав ноги вверх, Павел решился предложить ей кое-что, несмотря на опасение наткнуться на решительное сопротивление.

— Давай, я тебе массаж сделаю? — сказал он, садясь рядом с Динь на край кровати. Настроение у жены было благодушное — она недавно вернулась после ктг из ближайшего медицинского центра, и с ребёнком по результатам всё по-прежнему было отлично, — поэтому Павел надеялся на понимание.

— Нельзя, — вздохнула Динь, не открывая глаз. — По крайней мере активный.

— Я не очень активный, — улыбнулся Павел. — Ноги тебе помассирую, хочешь?

Жена распахнула глаза и посмотрела на него с явным интересом.

— А давай, — кивнула в конце концов, — а то ноют жутко. Чулки ещё эти достали, а ведь придётся в них и после родов пару месяцев ходить.

— Тогда будет уже хотя бы не июль.

Павел осторожно взял одну ногу Динь, положил себе на колени, медленно стянул чулок, ощущая, как внутри всё сладко дрожит от волнения и желания срочно получить больше. Ему безумно нравились ножки жены, несмотря на то, что теперь они были похожи на сардельки, особенно в области щиколоток.

Начал массировать ступню, и Динь прерывисто вздохнула, закатывая глаза:

— М-м-м, хорошо-то как…

Это оказалось настоящим испытанием — сидеть вот так, рядом с ней, и просто мять ступни, не трогая то, что выше, и не пытаясь забраться под юбку домашнего платья. Настолько сильного, почти обжигающего нутро возбуждения Павел давно не чувствовал. У него и секса-то давно не было, по крайней мере настоящего, а не как в прошлый раз, когда он разрядился в ванну. И теперь в штанах было тесно до боли, но Павел терпел, зная, что вот сейчас — точно не время.

— Спасибо, — вздохнула Динь, когда он закончил и с сожалением отпустил её ногу. — Это было здорово. Я помню, как ты делал мне такой массаж… раньше.

Она смотрела прямо на него, не отводя глаз — и Павел тоже не отводил.

Он очень хотел, чтобы Динь прочитала в них всё, что он чувствовал в этот момент. Всё, что пережил. Всё, что понял…

Но прежде чем Павел успел сделать глупость и попросить прощения — хотя знал же, что нельзя пока заводить откровенных разговоров! — Динь сказала, вновь вздохнув:

— Помню, в самом начале беременности ты мне манго принёс. И я в тот день так захотела ананас… Но не попросила. А потом перехотела. Сейчас вот опять захотелось… Давай купим?

— Давай, — кивнул Павел и улыбнулся, замерев, когда Динь открыто и ласково улыбнулась ему в ответ.

Дина

Я понимала, что серьёзно смягчилась по отношению к бывшему мужу, но иначе, мне кажется, было невозможно — он действительно помогал и поддерживал, по-настоящему старался. И, как и прежде, не навязывался. Когда Павел разминал мне ступни, я ожидала, что он попытается получить больше и уже готовилась отталкивать, но нет — сдержался. Хотя бугор на его домашних джинсовых шортах был внушительный.

И вдруг оказалось, что мне это приятно. Потому что я лежу тут, с огромным пузом, опухшими ногами и расплывшимся лицом — а он меня хочет. Невероятное что-то. Я сама себе казалась не человеком, а большим налитым яблочком, а Павел иногда так смотрел на меня, будто я — самое прекрасное, что он когда-либо видел.