Книга Мой любимый Наставник + Бонус, страница 70 – Эва Лун, Ирис Вельс

Я рухнула на пол, судорожно глотая воздух, не в силах даже пошевелиться. Ткач, разъяренный болью и неожиданным отпором, снова поднялся. Он нависал надо мной черной, смертоносной горой, собирая Тьму в своих лапах для последнего удара, который гарантированно не выдержит никакое серебро.

И вдруг...

Воздух в круглом зале разорвал оглушительный, чудовищный грохот, от которого заложило уши. Словно сами небеса над ареной раскололись пополам.

Грудную клетку Костяного Ткача насквозь пробило огромное, вибрирующее копье. Оно было соткано из чистой, концентрированной, удушливой тьмы, которая была на порядок страшнее самой твари. Монстр замер, пригвожденный к месту этим чудовищным ударом. Из его пасти вырвался жалкий, булькающий хрип. А затем неуязвимая тварь просто рассыпалась в серый прах, оседая зловонным облаком мертвого пепла прямо на белый мрамор.

Пыль, поднятая разрушенным куполом арены, медленно рассеялась.

За спиной поверженного монстра стоял Кайден.

Он тяжело, прерывисто дышал. Его черная мантия развевалась, словно от невидимого штормового ветра. Вокруг его длинных, судорожно сжатых пальцев змеились жуткие, черные нити Скверны, вырвавшиеся из-под контроля - он использовал саму Бездну, чтобы уничтожить её порождение.

Но страшнее всего было его лицо. Его глаза больше не были льдисто-синими, полными холодного сарказма или снисходительности. Они горели демоническим, абсолютным, всепоглощающим синим огнем.

Магистр Де Валь, наплевав на статус, на правила Академии, на тысячные трибуны зрителей, на гнев собственного жестокого отца и на свою идеальную репутацию, вдребезги разнес заблокированный магический купол Арены, чтобы спасти меня.

Оседающая пыль смешалась с едким запахом озона и мертвой золы. В образовавшуюся брешь разрушенного купола ворвался порывистый ветер, растрепав и без того спутанные волосы Кайдена.

Я сидела на холодном раскрошенном мраморе, прижимая дрожащую руку к пульсирующей серебряной броши на груди. Мои глаза были широко распахнуты, отказываясь верить в реальность происходящего.

Наставник стоял посреди арены. Нити Скверны, черные и живые, всё еще извивались вокруг его пальцев, впитываясь обратно под кожу, оставляя на ней уродливые, пульсирующие тьмой шрамы. Это видели все. Тысячи глаз на трибунах, ректорат, инквизиторы, дежурившие на Турнире. Величайший секрет рода Де Валь, который старый герцог готов был защищать ценой жизней моей семьи, только что был выставлен напоказ самим наследником.

— Боже... наставник... — прохрипела я, едва узнавая собственный сорванный голос. Слезы, которые я так долго сдерживала, хлынули по грязным щекам, смешиваясь с кровью. — Зачем?..

Кайден медленно перевел взгляд с кучки пепла, оставшейся от Ткача, на свои собственные руки. Демонический синий огонь в его глазах начал угасать, сменяясь растерянностью и какой-то бездонной, смертельной усталостью. Он посмотрел на меня, затем поднял голову к пробитому куполу, сквозь который на нас пялились обезумевшие от ужаса трибуны.

Его плечи дрогнули в коротком, горьком пожатии. Он словно сам до конца не понимал, как инстинкт защитить меня оказался сильнее инстинкта самосохранения, вбиваемого в него годами. Он просто не смог смотреть, как я умираю. И ради этого перечеркнул всю свою жизнь.