Книга Лериана, невеста герцога по контракту. Книга 4, страница 58 – Мильчха

Она нажала на звонок. Услышав знакомый голос с вопросом «Кто там?», Ынха решительно ответила:

— Это я, Ынха.

— Что? – В голосе Вона слышалась явная растерянность. Вскоре дверь открылась, и послышался шум его быстрых шагов.

Он вышел к двери и внимательно посмотрел на Ынху.

— Что случилось? Почему приехала без предупреждения среди ночи?

Вон снова посмотрел на часы на запястье.

— Ты же не отвечала на звонки.

— Все в порядке. Просто чуть не забыла кое-что, самое важное.

— Что?

«Еще чуть-чуть…» – Ынха убедилась, что до полуночи осталось немного времени.

— Пойдем.

Она взяла Вона за руку и вывела его на улицу. Они зашли в ближайшую пекарню, где Ынха выбрала самый большой торт.

— Сколько свечей поставить? 28? 29?

«У него американское гражданство? Тогда, может, возраст считать по международной системе?» – задумалась Ынха, не зная, по какому стандарту считать. В конце концов заказала:

— Просто дайте тридцать штук, пожалуйста.

Она снова проверила время.

Нужно успеть дойти до дома!

23:58. Ынха задумалась и подошла к пустынному углу дома неподалеку. Она села на корточки, открыла торт, кое-как воткнула свечи и зажгла их.

— Задуй свечи.

Вон, смутившись от неожиданности, смотрел на торт, который Ынха выставила перед собой.

— Быстрее, быстрее.

Она настойчиво подгоняла его, и Вон неловко задул свечи.

Когда он вопросительно посмотрел на нее: «Это все?» – Ынха наконец чуть успокоилась и выдохнула.

— С днем рождения.

— День рождения?

— Да, ведь в профиле у тебя так написано.

— Правда?

Вон отреагировал равнодушно, а Ынха нахмурилась.

— Почему ты мне не сказала? Ты же из-за этого пришла?

— Почему ты мне не сказал про день рождения?

— Для меня это неважно.

Он даже не стал уточнять, правда ли это. Тогда Ынха строго уставилась на него.

— Это важно для меня.

Она сказала это с решительностью в голосе, и Вон тихо рассмеялся.

— Я не знал.

— Мы столько времени вместе, а ты все еще не понимаешь, что важно.

Ынха покачала головой. Тогда Вон взял ее за руку.

— Да, действительно… так долго были вместе… – повторил он, перебирая ее пальцы.

Потом, улыбнувшись, он показал на свечи.

— Кстати, их тридцать.

— Ах. – Ынха разочарованно спрятала одну свечу в ладони. – Пусть ее не будет.

— Мне двадцать восемь.

— И эту тоже.

Она спрятала еще одну свечу. Затем хлопнула в ладоши, глядя на Вона.

— Поздравляю с двадцативосьмилетием.

— Ты все еще не понимаешь самого важного, – насмешливо сказал он.

Ынха не знала, что ответить.

— Нет, это не потому, что я не знала…

— Ладно, ладно, – перебил Вон, забирая свечи и складывая их в карман.

Ынха, надувшись, посмотрела на него.

— Теперь ты должен мне все рассказывать. Все-все.

— Хорошо.

Вон тихо ей улыбнулся. Ынха снова упаковала торт в коробку, встала и взяла Вона за руку, ведя его за собой.

— У тебя американское гражданство?

— Да.

Когда Вон попытался забрать у нее торт, Ынха передала его и подняла указательный палец вверх.

— Значит, нельзя говорить, что тебе 28. По корейскому исчислению тебе 29 или 30.

«А перед друзьями я ведь называла тебя двадцативосьмилетним».

— Я же иностранец.

— Хм, ну это…

Ынха наклонила голову набок, раздумывая. Вон пожал плечами и ответил с улыбкой:

— Вот так и есть.

— Как к тебе обращаться?

— Дорогой?

Ынха легко проигнорировала это и продолжила: