Книга Лериана, невеста герцога по контракту. Книга 4, страница 80 – Мильчха

— А я когда-нибудь стану таким же сильным, как они? – Рино перевел взгляд с облаков на Адама. – Таким же храбрым и великим, как герои из книг. Я тоже хочу стать таким.

Адам не ответил сразу, и Рино, будто смутившись, прикусил язык.

Через мгновение Адам нерешительно кивнул. Рино, кажется, вспыхнул от счастья:

— Правда? Я и правда смогу?

На этот раз Адам кивнул дважды, с уверенностью. Рино широко улыбнулся – но тут же его лицо омрачилось.

— Но говорят, что у меня нет таланта.

Он подслушал разговор сэра Джеда с отцом. Тогда Джед говорил, что у Арии выдающиеся способности, которые нельзя упускать, и добавил, что Рино заметно ей уступает. Тогда он не до конца понял, что это значит. Однако позже он осознал, что ему требовались две-три недели на то, что Ария осваивала за одну, – и понял, что такое разница в таланте. Несколько дней после этого он не мог даже взять меч в руки. В то время он начал зачитываться рыцарскими хрониками. Герои были разными, истории – тоже, но в каждом рассказе повторялось одно: герои никогда не сдавались и всегда преодолевали трудности.

«Главное – не сдаваться» – с такой мыслью он вновь взялся за меч. Это сработало. Он стал тренироваться еще усерднее, прогресс был налицо. Но иногда он все равно вот так впадал в уныние и при этом находил в себе силы идти дальше. И в этот момент…

— Скорее… – Прозвучавший сверху чистый голос заставил Рино удивленно распахнуть глаза. Адам, все еще не зная, что сказать и как себя вести, нерешительно протянул руку и мягко положил ее на голову мальчика. Он несколько раз осторожно погладил Рино по волосам – так бережно, будто прикасался к пушинке одуванчика.

— Упорство важнее… чем талант. Гораздо важнее.

Рино, моргнув, переспросил:

— Правда?

— Правда.

Он не стал долго объяснять, но даже в этой скупой фразе чувствовалась его искренность. На лице, как обычно, не отражалось никаких эмоций, но в его жесте была такая мягкость, что Рино не смог сдержать легкую улыбку.

Кажется, он стал чуточку ближе к своему наставнику. От этого чувства на душе становилось тепло, мальчика переполняли гордость и радость. На этой волне Рино захотелось побольше поговорить с Адамом. Он немного подумал, а потом решился:

— Наставник… А каким был ваш наставник?

— Наставник? – Адам промолчал и медленно моргнул.

Рино вдруг понял: вот оно. «Сейчас! Почувствуй это, Рино! Читай между строк! Прочитай, что наставник хочет сказать!» – И широко распахнул глаза.

— …Наверное, он был выдающимся человеком! – воскликнул он, будто озаренный. Конечно же, лицо Адама он так и не сумел понять.

— Я так и думал! Раз это наставник моего наставника – должно быть, был по-настоящему невероятным!..

«Что это за выражение?! Я совсем ничего не понимаю!»

Они оба замолчали. Повисла пауза.

Снова неудача?

Прошло минут пять в тягостной тишине. Тогда Рино вновь перевел взгляд на небо. Он просто смотрел на облака, его веки начали тяжелеть. Зевнув, ребенок медленно закрыл глаза.

* * *

Адам посмотрел на погружавшегося в сон Рино. Его наставник… Хотя называть его так, пожалуй, даже не сто́ит. Первым вложившим меч в руки Адама был вовсе не великий герой, а ужасный человек. Он забирал детей, вручал им мечи, а когда они подрастали, просто продавал их в наемники. В Красном Ущелье дети либо погибали, либо выживали, грабя и убивая, – такова была их обыденность. Тогда Адам и не понимал, что все это плохо. До самой гибели во время зачистки ущелья, устроенной покойным королем, тот человек совершал с детьми немыслимые, отвратительные вещи. И потому сейчас Адам не знал, стоит ли рассказывать обо всем этом. Он ведь не был героем… Его даже не назвали бы злодеем, побежденным героем. Он просто исчез. Адам промолчал. Он боялся разочаровать. Вдруг Рино почувствует себя обманутым – узнает, что все не так, как он себе вообразил? Это было странное ощущение – волноваться, что кто-то может в тебе разочароваться.