Книга Сезон штормов, страница 135 – Теа (Тея) Гуанзон

Но всему свой черед. Прежде всего нужно было подготовиться к битве.

В гардеробной он методично облачился в доспехи, очищая разум, как всегда перед схваткой. Ставки сейчас были страшно высоки.

Он не ожидал, что отец призовет, и удивился знакомому царапанью по краям истончившейся пелены. Осторожно скользнув в Междумирье, Аларик гадал, зачем Гахерис захотел увидеть его в этот – возможно последний – час. Серебряные глаза наблюдали за ним с трона теней, сжатого стенами колеблющегося густого эфира.

Гахерис, похоже, не спешил заговорить, так что Аларик взял на себя смелость нарушить молчание:

— Достаточно ли далеко вы от Континента, отец?

— Мы уплыли настолько далеко на север, насколько позволили корабли, – ответил Гахерис. – Остальное в твоих руках, мальчик мой.

— Я знаю.

Иссохшие пальцы регента дрогнули на подлокотниках трона.

— Если это прощание, то попрощаемся. – Лицо его было задумчивым. – И души наши найдут пристанище в ивах до той поры, пока Вечное море не поглотит все земли и мы с тобой не встретимся снова.

Стыдно, как же стыдно. Стыдно, что эти крохи тепла попали в самое сердце, на миг лишив Аларика дара речи. И стыдно, что он желал большего. Было время, когда он, наверное, счел бы, что этого вполне достаточно, но ведь Аларик видел, как вел себя с Таласин Элагби, и не мог избавиться от ощущения, что именно таким и должен быть отец. Возможно, Гахерис и мог бы стать таким, если бы не война.

А может, Аларик просто просил слишком многого.

— Я не подведу вас, отец, – поклялся Аларик. – Вас и Кесатх.

Гахерис кивнул.

— Помни, – сказал он, – когда поведешь корабль к дому, прихвати свою Ткача Света. Или не возвращайся вовсе.

Врата Теней убрали свои ледяные когти, но внутренний холод не покидал Аларика еще долго.

Ненаварцы были полны решимости отправить свою лахис'ку в потенциальную могилу с размахом и вкусом. Иначе зачем бы Цзи, битый час заплетавшей волосы Таласин в тугую косу, доставать церемониальные доспехи?

Хотя они, несомненно, являлись наиболее практичными их всех нарядов, что всучивал ей Доминион до сих пор. Синяя кожаная туника с высоким воротом, облегающий корсаж, разрезы до бедра, позволяющие свободно двигаться. Паулдроны, ниспадающие с плеч каскадом лавровых листьев. Синие гофрированные штаны, заправленные в крепкие, отороченные золотом сапоги. Таласин снова почувствовала себя солдатом. Ну, почти.

Из Иантаса они с Алариком полетели на главный остров Седек-Ве на той самой прогулочной яхте, по которой штормовик палил пустотными снарядами месяц назад во время учений, оттачивающих их эфиромантию. Это было узкое суденышко с асимметричным гротовым парусом, складывающимся и трепещущим, как крыло бабочки, только-только выбравшейся из кокона; скорее роскошная, чем прочная, помедленнее коракла, яхта была полностью лишена вооружения. Но им и не требовалось ни от кого защищаться и ни от чего убегать – кроме того, что принесет полночь, а от этого все равно не скроешься.

Элагби, Цзи и лахис-дало хотели сопровождать императорскую чету, а рулевые Иантаса предлагали собрать команду для корабля побольше, но Таласин настояла на своем. Она не смогла бы сосредоточиться, зная, что ее люди находятся так близко к извержению; а на Иантасе у них был хоть какой-то шанс избежать аметистового сияния. Пустопропасть оставляла металл и известь нетронутыми, но проникала в трещины любого здания, как ветер, как звук, разлагая все живое внутри.