Книга Ураганные войны, страница 109 – Теа (Тея) Гуанзон

Девушка встала, когда в окно уже проник утренний свет, и приготовилась встретиться с Алариком в атриуме Купола Небес. Она переоделась в одежду, удобную для тренировок по эфиромантии – тунику, бриджи, сапоги, – представляя, что скажет пару ласковых любому, кто попробует высказаться против ее внешнего вида.

Урдуя сообщила Аларику и Таласин, что вызовет в столицу ненаварских заклинателей, чтобы те понаблюдали за созданием их барьера из света и тени. Когда Таласин вошла в атриум, Аларик уже был там и стоял рядом с небольшой группой мужчин и женщин, облаченных в яркие ткани с различными клетчатыми узорами. Такую одежду носили жители Ахимсы, одного из семи главных островов, крупного и шумного города, который в Ненаваре стал центром по изучению эфиромантии.

В тяжелом черном одеянии Аларик выглядел почти что комично рядом с заклинателями, словно грозовая туча-переросток. Но почему-то Таласин видела лишь его серые глаза. Когда она подошла ближе, эти глаза посмотрели на нее с едва уловимой мягкостью. Между ними повисло чувство не то любопытства, не то беспокойства друг за друга после вчерашних событий. Лицо Таласин вспыхнуло, и она решительно прошла мимо молодого человека, повернувшись вместо этого к женщине, возглавлявшей группу заклинателей.

Ишан Вайкар, коренастая и кудрявая дайя Ахимсы, слегка прихрамывая, присела в реверансе перед Таласин. Девушка знала, что под клетчатой юбкой Ишан скрывается золотой протез вместо правой ноги, которую та потеряла, сражаясь в гражданской войне Доминиона.

— Ваша светлость, будьте любезны, займите вместе с его величеством место в центре атриума.

Пока Таласин послушно шла в середину помещения, она осмотрела окружавшие ее окна и балконы в поисках Урдуи или Элагби, хотя и знала, что напрасно. Меры предосторожности требовали, чтобы они находились как можно дальше: в близости императора Ночи убирали «клетки» с сариманами, а в качестве места для демонстрации выбрали именно атриум, поскольку тот был удален от крыла дворца, где жила королевская семья.

При этом Таласин заметила десятки слуг, которые выглядывали из-за занавесок или колонн, некоторые низко присели, глядя сквозь окна. По сути, им нельзя было наблюдать, но любопытство отодвигало соблюдение формальностей на задний план.

Аларик тоже заметил зрителей.

— Здесь всегда так? – спросил он.

Единственный раз Таласин была не в настроении, чтобы огрызнуться и потребовать его отвязаться. Она устала. И вчера в зале заседаний, стоит отдать ему должное, он не показал своей радости из-за того, что ее сломили и она не смогла это скрыть. Он даже настоял на том, чтобы в будущем ненаварцы были менее скрытными. Последнее, вероятно, было больше для его личной выгоды, но тем не менее после этих его слов Таласин почувствовала себя не такой одинокой в своих бедах.

«Снова хватаюсь за соломинку», – размышляла девушка, скользнув взглядом по его угрюмому профилю в лучах раннего утреннего солнца.

— Люди здесь живут сплетнями, – сказала она ему. – Привыкнешь.

Уголок рта Аларика слегка приподнялся. К Таласин пришла странная мысль: как бы он выглядел, если бы улыбнулся?

Как только этот вопрос пришел ей в голову, ее пронзила острая боль от стыда. Почему она думала об улыбающемсяАларике Оссинасте? Похоже, она морально утомилась сильнее, чем думала.