Книга Избранная в Академии. По шагу за раз, страница 31 – Лиззи Голден

То, чего боится каждый гражданин Эсхалиона. То, что преследует людей и драконов в кошмарах. Это случилось со мной.

Чувствую себя странно, словно я человек, о котором ничего не знаю. Чужая другим и себе. Это как дышать без легких и жить без сердца.

В Эсхалионе все именно так.

Может быть, существуют другие миры, где это считается нормальным. Где магические проявления ― наоборот, что-то запредельное. Но я не знаю, есть ли жизнь за пределами нашего королевства, окруженного горами.

— Вы ведь не из тех, кто сдается. Верно?

Вкрадчивый голос ректорши звучит прямо надо мной. Что же это я ― сижу, вцепившись пальцами в колени до боли, а госпожа Мальфас стоит. Надо бы тоже встать, но не могу пошевелиться. Все во мне застыло, оцепенело, словно с утратой магического дара я действительно перестала жить.

— Вы ― Избранная. И должны быть смелой.

Ее голос обволакивает меня, словно затягивая в густой туман, где ничего не видно, но вместе с тем тепло. Это место, где мне помогут.

— Я знаю. ― Мой голос похож на легкий шелест листьев на ветру. ― Но… что я могу сделать? Разве можно что-то изменить… теперь.

Судорожно вздыхаю. Да уж, будущая адептка факультета Боевых искусств не должна позволять себе подобное. И тут же вздрагиваю снова ― от беззвучного смеха. Получается, я все еще на это надеюсь! Без магии.

А я чего-то тянула, ждала, наверное, с моря погоды. Чего мне стоило в первый же день отправиться к ректору и попросить о переводе на другой факультет? Чего мне стоило сразу пойти и нажаловаться на Грейсона, когда тот меня выгнал с урока? В итоге я все равно оказалась здесь. Только ― с чем я сюда пришла и в каком состоянии?

Зажимаю руками рот, потому что еще чуть-чуть ― и мой дурацкий смех перерастет в истерику. Чувствую на плече жесткую ладонь. Это меня отрезвляет.

— Расскажите, как это произошло.

Все, что вижу ― подол длинного платья ректорши, которое скрывает ноги, отчего кажется, что она висит в воздухе. Ее голос звучит требовательно и властно, словно все, что она ни скажет, спору не подлежит.

Да, мне не нравится госпожа Мальфас, я это уже ясно осознала. Есть в ней что-то такое, отталкивающее и совсем не доброе. Но она здесь главная. А это значит, что мне лучше рассказать правду. Какой смысл защищать этого Грейсона? Он уж точно обо мне не думал, когда выплескивал свои глупые психи. И когда испытывал силу своей магии на мне.

И я рассказываю ― все, как есть. Глядя перед собой. О том, как Грейсон наехал на меня на ровном месте, выгнал с урока и запретил появляться, пока не приведу волосы в порядок, что просто невозможно.

О том, как я, наступив на гордость, пошла извиняться ― за то, в чем не была виновата. Только чтобы наладить отношения и продолжить учиться, как все, а не ждать рокового дня, когда меня отчислят за непосещение и несдачу экзамена.

О том, как он не захотел выслушать и понять, а вышвырнул меня из кабинета. В прямом смысле слова.

Госпожа Мальфас слушает меня, не перебивая, лишь изредка постукивает пальцами по спинке моего стула.

— Вы же понимаете, каково ваше положение теперь? ― произносит она, когда я, рассказав все до конца, напряженно замолкаю.

Сжимаю зубы и медленно выдыхаю.

— Меня сошлют?

Глупый вопрос. Это же очевидно.

Даже несмотря на то, что я ― Избранная.